Играли мальчики в войну

Ростовский областной музей изобразительных искусств  сделал в этой теме акцент на эстафете памяти разных поколений. В одном из его залов — холсты, запечатлевшие мгновения войны и послевоенной жизни солдат и тех, кто ждал в тылу их возвращения с фронта. Это — работы известных донских мастеров. Кто-то из них и сам воевал, кто-то видел ту войну ребенком.

В другом зале — картины довоенного прошлого, выполненные нынешними школьниками в популярной сейчас технике коллажа. Ребята брали копии старинных фотографий казаков и казачек, бывало, непосредственных своих предков, наклеивали на бумажный лист, а то, что вокруг, — дорисовывали, совмещая порой разные временные пласты.

Эти коллажи получили высокие оценки на всероссийских художественных конкурсах.

И едва ли найдется посетитель, способный равнодушно пройти мимо витрин с солдатиками из собрания ростовских коллекционеров Дмитрия Назарова и Николая Бобрикова. Необычна судьба этих игрушек: они – из клада!

Может, конечно, кто-то другой назвал бы тот пыльный чердак одного из старых ростовских домов как-нибудь иначе, а для коллекционеров он — воистину клад. На том чердаке обнаружили целый штаб, оборудованный по типу того, что был у Тимура и его команды, кумиров довоенной детворы, в одноименном фильме. Плюс фигурки солдатиков и игрушечная военная техника.

Этот «тимуровский штаб»  оборудовал еще в школьные свои  годы Павел Николаевич Писаревский.  Он жил в том доме до войны. Почему штаб впоследствии оказался заброшенным — не вполне ясно. Возможно, и вправду, как предположил в разговоре со мной Дмитрий Назаров, потом,  после обрушившихся на его семью репрессий, Писаревскому не захотелось уже возвращаться в то  прошлое.

Солдатики Писаревского проходили до войны по разряду оборонной игрушки. Ее стали выпускать в СССР во второй половине 30-х годов, и советское руководство рассматривало оборонную игрушку  как важную часть военно-патриотического воспитания.

— Эти игрушки производят впечатление увесистых фигурок, но на самом деле они не тяжелы даже для детской руки, — говорит Дмитрий Назаров. — Их делали из сплава алюминия, цинка, свинца, а раскрашивали вручную.

Выпускали оборонную игрушку немалыми тиражами, но стоила она дороговато. Собрать такую армию, как у Писаревского, мог далеко не каждый ребенок.

В армии из «чердачного клада» — пехота и кавалерия (кубанские казаки), пулеметчики и подносчики пулеметных дисков, знаменосцы, полковой оркестр, разведчики в противоипритных накидках, — словом, представители различных родов войск, военная техника. Отливали эту армию в Москве и Подмосковье, а также у нас, в Таганроге, на заводе «Точприбор».

Хотя производители оборонной игрушки старались быть достоверными даже в деталях, им не удалось избежать неточностей. Эти промахи в предвоенные годы бурно обсуждались знатоками далеко уже не детского возраста. К ним прислушивались и некоторые ошибки устраняли, по возможности. Но сегодня все эти солдатики — и правильные, и не очень — нам одинаково интересны и дороги. Как осколок довоенного детства советских мальчишек, как трогательная страничка нашей  истории.