Сначала — «Маддалена», драма с мистическим оттенком, потом — «Мавра», шутка из старинной жизни. Ростовский музыкальный театр удачно продолжил традицию соединения этих двух мини-опер в одной программе.

У мини-оперы Сергея Прокофьева «Маддалена» непростая биография. Это часто связывают с числом 13, под которым этот опус значился среди рукописей  совсем еще молодого Прокофьева. Превратности судьбы разлучили композитора с его детищем, он успел оркестровать лишь одну из четырех частей оперы. Но к середине 1970-х годов злые чары развеялись: с рукописью «Маддалены» познакомился британский  композитор Даунс и довел работу над прокофьевским опусом номер 13 до победного конца. Впервые она прозвучала в радиоэфире Би-би-си.

Сюжет «Маддалены» вызывает в памяти «Декамерон» Бокаччо и… страшные истории Гоголя. Ведь красавица Маддалена, разбивающая мужские сердца, окружена, словно ореолом, какой-то зловещей, ведьминской тайной.

Режиссеру спектакля Павлу Сорокину и художнику Екатерине Ляховой удалось создать захватывающую и напряженную атмосферу триллера: сцену окрашивают багровые зарева, на ней появляются таинственные инфернальные существа, а портрет Маддалены, написанный ее мужем, художником Дженаро, кажется, сейчас оживет.

Екатерина Макарова (Маддалена), Александр Лейченков (Дженаро) и Алексей Гусев (околдованный Маддаленой алхимик Стеньо) создают убедительные образы. Одна беда (это относится и к «Мавре»): дикция. Вербальная нечеткость то в одной, то в другой сцене  лишает зрителей возможности до конца понять сюжетные коллизии и характеры героев этих малоизвестных широкой публике произведений.  Лишь алхимик Стеньо ведет свою партию так, что все ясно от первого до последнего слога. Не секрет ли это какой, алхимический?

Комическую оперу «Мавра» композитор Игорь Стравинский написал по мотивам поэмы  Пушкина «Домик в Коломне». «Мавра» — полная противоположность «Маддалене» и по стилю, и по эмоциям. Это – забавная история о том, как бравый гусар (Александр Нестеренко) увлекся пригожей девушкой Парашей (Мария Баннова). Чтобы приблизиться  к ней, не вызывая подозрений ее матери, гусар поселился в их доме под видом кухарки. Чем бы дело кончилось, да  гусара  подвели  усы…

Пушкин расцветил «Домик в Коломне»  лирическими отступлениями, а режиссер спектакля Анастасия Мишакина  в содружестве с Екатериной Ляховой наполнили пространство сцены множеством деталей-метафор и визуальных эффектов: тут и кинокадры, и «самодвижущаяся» посуда, и меняющийся на глазах памятник, который  к финалу обретет черты самого Александра Сергеевича… Костюмы и декорации напоминают о художественной моде того времени, когда родилась эта опера: русский авангард.

Пожалуй, всех этих «сюрпризов» и прибамбасов в спектакле даже  в избытке, но это – от неуемной энергии молодых авторов и их естественного желания втиснуть в одну вещь побольше придумок. 

Сейчас творческое трио Мишакина — Ляхова — Сорокин работает над программой в честь Дня Победы — проектом, разительно отличающимся от нынешнего. Программа также будет состоять из двух самостоятельных произведений: монооперы Фрида «Дневник Анны Франк» и «Военных писем» Гаврилина. И это тоже будет представление публике произведений, которые еще не шли на  донской сцене.