Почти каждому хоть раз в жизни, верно, доводилось лично опробовать в деле такое замечательное двухколесное средство передвижения, как велосипед. Неважно, собственный или чужой. То первое ощущение стремительности перемещения в пространстве остается у человека на всю его жизнь, даже если оно и не обошлось без падений и синяков.

 Между тем любому из нас почти с пеленок вбивают в голову, что незачем изобретать этот самый велосипед, поскольку он уже давным-давно придуман талантливыми умельцами, которые не переводились во все времена. Утверждение это, однако, представляется спорным, поскольку предела изобретательству и истинному творчеству попросту нет. Достаточно припомнить появившиеся сравнительно недавно снегокаты, велосипеды, специально предназначенные для езды по пустыням, странствий в горах. Последние, кстати, впервые массово появились у калифорнийских хиппи в 70-х годах минувшего века.

А вот кто и когда изобрел первый велосипед вообще — тайна, как говорится, покрытая мраком. Официально считается, что этому двухколесному транспортному средству всего-то чуть более двух веков от роду, но некоторые исследователи относят изобретение едва ли не ко времени Рождества Христова. В развалинах Вавилона, руинах Помпеи и Древнего Египта есть рисунки, изображающие нечто весьма схожее с велосипедом. На таком механизме, в частности, едет человек, изображенный на надгробье в одном из музеев Рима. Итальянские ученые отстаивают право авторства на изобретение велосипеда самого Леонардо да Винчи, во Франции исследователи отдают «велосипедную пальму первенства» французскому изобретателю – некоему графу де Сивраку.

В 1962 году при раскопках в Версале археологами был найден «велосипед» времен короля Людовика XIV, а весной 2008 года в той же Франции на территории замка Шато Гайар обнаружили другой, созданный во времена правления английского короля Ричарда Львиное Сердце. Изображения велосипеда есть на полотнах Яна ван Эйка (1390-1441), Сандро Боттичелли (1445-1510), Ганса Гольбейн Младшего (1497-1543).

Предшественником двухколесного транспорта привычной для нас конструкции, приводимого в движение мускулами человека, был примитивный самокат, представлявший собой деревянный брус с двумя колесами типа тележных. Седок отталкивался ногами от земли и таким образом устремлялся вперед. Первое печатное упоминание об этаком транспортном средстве датируется 1761 годом. Тогда деревянный самокат сработал немецкий каретный мастер Касслер. Спустя тридцать лет появился на свет очень похожий на него «селярифер» графа де Сиврака…

Разумеется, к истории «самоката» нужно подходить с пониманием того, что за авторство в его изобретении по сей день большинство продвинутых стран не прочь тянуть одеяло на себя. Так, некоторые отечественные исследователи и велосипедные фанаты записывают в изобретатели велосипеда легендарного Ивана Кулибина. По их версии, русский умелец соорудил в 1791 году свой образец двухколесной «самокатки», но вскоре потерял к нему интерес, прознав о существовании подобных экземпляров в ближнем и дальнем зарубежье.

Бытует еще легенда о крепостном крестьянине Артамонове, соорудившем индивидуальное средство передвижения в подарок самому царю-самодержцу в 1800 году. Более того на этом своем двухколесном «коне» изобретатель тогда совершил вроде бы первый в мировой истории велопробег длиной более 2000 верст от родного уральского села Верхотурье в столицу. За что государем-батюшкой якобы наделен был вместе со всей своей семьей вольной грамотой. В нижнетагильском краеведческом музее и сегодня можно увидеть то давнее творение Артамонова. Только вот проведенный учеными химический анализ датирует время рождения механизма не 1800 годом, а семью десятилетиями позже…

Как бы то ни было, предпосылками создания велосипеда стала целая вереница изобретений и воплощенных в жизнь проектов многих инженерно-мысливших людей. Первый же двухколесный вполне пригодный к реальному применению «самокат» был создан и официально запатентован в Германии профессором бароном Карлом фон Дрезом из города Карлсруэ в 1817 году. Изделие было оснащено рулем, установленным на деревянной раме, и уже напоминало по конструкции современный велосипед, правда, еще лишенный педалей. В Германии этот транспорт любителям пива и сарделек с кислой капустой не приглянулся, зато в Великобретании он быстро вошел в моду и оказался настоящим фирменным знаком увлекавшихся спортом лондонских денди, заодно получив в честь автора название дрезина.

В 1839 дрезину оснастили педалями на переднем, большем по размеру колесе. Еще через двадцать лет братья-французы Пьер и Эрнест Мишо наладили первое массовое производство чудо-машин, уже официально названных ими велосипедами. Спустя еще десять лет во Франции были организованы первые в мировой истории велогонки. За двухколесными конструкциями на первых порах в широких народных массах Европы закрепилось довольно обидное название костотрясы, а педантичные англичане нарекли транспортную новинку bone shaker — драндулет.

В 1888 году стараниями шотландца Джона Данлопа велосипедные колеса обрели, в конце концов, надувные каучуковые покрышки. К тому моменту англичанином Бейтсом из Кройдена уже был изобретен велосипед с приводом на заднее колесо, сами колеса имели одинаковый диаметр
760 мм, и в последнее десятилетие XIX века велосипеды стали невероятно популярными не только в Великобритании. На них не чурались раскатывать даже царствующие особы. В ту пору и многих действующих лиц будущего революционного переворота в России можно было обнаружить в велосипедных седлах на курортах Адриатики или у водолечебниц Германии и Австрии.

Полюбились двухколесные путешествия и Льву Николаевичу Толстому, освоившему «велоруление» на 67 году жизни. Случалось, близкие позволяли себе укорять графа за несерьезность, на что он вполне серьезно отвечал, что испытывает «детскую хорошую радость», когда катается на велосипеде.

Это увлечение гениального писателя настолько пришлось по душе его современникам из Московского велосипедного общества, что они преподнесли в дар своему кумиру лучший велосипед той эпохи, произведенный английской фирмой «Ровер». Подаренный экземпляр отличался от обычных серийных тем, что спицы в его колесах были из серебра самой высокой пробы. По слухам, это удручало великого художника слова, но как бы то ни было, серебро спиц в колесах не помешало ему уезжать на них из Ясной Поляны, и тогда графа нередко можно было встретить и на проспектах Москвы, и на провинциальных улочках Тулы…