«Судьба благоволила…»

Началось, рассказывает, с того, что увидела на каком-то сайте фотографии старого Ростова и поразилась: улицы вроде бы знакомые, а дома не те. Очень красивые. Тогда и открыла для себя имя архитектора, по чьим проектам они строились. Леонид Федорович Эберг, в 1911 году приехавший в Ростов после окончания Московской академии зодчества, назначенный здесь на должность начальника городских построек. Красивый внешне, умеющий ладить с людьми, очень одаренный, с массой задумок, идей…

Судьба ему явно благоволила, особенно — в творческом плане,— делится своими выводами Елена Петровна. — Когда у кого-то что-то не ладилось, приглашали Эберга — как третейского судью, и он разрешал все сложные ситуации.

Это и в самом деле удивительно: за короткий срок (до начала первой мировой войны) Леонид Эберг успел построить в Ростове массу красивейших зданий. А потом и при новой власти продолжал активно строить. Некоторые его дома и поныне сохранились, продолжают оставаться гордостью донской столицы. Вот они, эберговские черты.

…Здание городского УВД на Буденновском, 46; библиотека ЮФУ — бывший парамоновский особняк; через квартал — Дом общественных собраний (раньше тут находилось донское отделение Союза писателей); дом на Большой Садовой с магазином «Донская чаша» на первом этаже; Лендворец…

А еще — дома трамвайщиков на Пушкинской (в районе Крепостного и Нахичеванского): с эркерами, внутренними двориками. Здание проектного института в самом начале нечетной стороны Буденновского, чудом уцелевшее во время бомбежек, тогда как находящийся напротив очень красивый эберговский дом сгорел. Так же, как и находившийся на пересечении Буденновского и Красноармейской (там сейчас бизнес-центр «Гедон») двухэтажный особняк, еще одно эберговское творение — остались только фотографии…

Елена Петровна массу времени проводит в госархиве, выясняя историю сохранившихся и исчезнувших эберговских строений, по отрывочным документам, справкам определяя, что с ними происходило.

Красивейшее здание на Буденновском, 46, нынешнее городское УВД — живая история, что только с ним ни происходило. По легенде, когда Эберг его достраивал, заказчик купец Чириков вдруг заявил ему: хочу, чтоб тут были колонны. На возражения архитектора, что здание, мол, спроектировано в стиле Ренессанса, купец ответил прямо чисто «по-нашенски», в духе сегодняшних аргументов: «А платит кто: я или Ренессанс?» В итоге на здании появились полуколонны, но, по общему мнению, выглядят они очень красиво, органично — вписались. А после революции под что только этот эберговский дом не использовался. Тут разместились конторы и конторки - типа описанных Ильфом и Петровым. И однажды в этом доме случился пожар. По какой причине —история умалчивает: не исключено, кто-то хотел какие-то следы замести. Позднее после сильного ливня с градом обвалилась сгоревшая крыша: Елена Петровна нашла в госархиве документы на этот счет. «Бесценное здание некоторое время, получается, вообще оставалось бесхозным? —задается она вопросом. И сама же отвечает: - Не исключено». Но в конце концов этот дом восстановили, прежний облик в целом сохранен, однако выложенная на самом верху дата создания — 1914», год начала войны — оказалась утрачена…

Искала и нашла

Елена Петровна рассказывает об Эберге как о живом человеке. О том, до чего он был обаятельный, как его любили женщины и как сам он умел любить. Есть легенда, что спроектированный им Дом актера на улице Горького (это сейчас он выглядит удручающе, а когда-то имел весьма презентабельный вид), в чьем облике, если смотреть сверху, видна буква «З», причем не простенькая, а со всеми «старорежимными» завитушками, по слухам, посвящен актрисе Зинаиде Зорич, с которой у Эберга, вероятно, был роман. Та потом перебралась в Москву, а Леонид Федорович все время оставался в Ростове. До самой своей кончины в 1954 году.

— Мне очень хотелось найти его могилу, — говорит Елена Петровна. — Но никто не знал ее местонахождения. Было известно, что он похоронен на Братском кладбище, в 4-м квартале. Я этот квартал исходила вдоль и поперек, и ни разу ничего похожего мне на глаза не попадалось.

И все-таки нашла. Поскольку краевед по призванию и фанатик Ростова, ее все время тянет заглянуть в зазеркалье прошлого. А в тот день летом прошлого года Елена Петровна оказалась на Братском кладбище совсем по другому поводу: собиралась найти здесь памятник погибшим при пожаре на крупяном заводе в 1930 году (в память была названа улица 7 февраля). Разыскала, постояла возле него, сфотографировала. И вдруг, повернув голову, увидела в выгоревших травяных зарослях облупленную табличку со словами: «Архитектор Эберг Леонид Федорович». Резной крест еле виден. И это место было на таком отшибе…

— Вот смотрите, — показывает снимки, — как запущенно все выглядело тогда. А это — теперешний вид.

Елена самостоятельно привела могилу в порядок, почистила крест, покрасила его, заказала новую табличку и установила впереди старой (ту не трогала, она должна оставаться как раритет), посадила цветы и разбила клумбу, обложив ее камнями. Сейчас могила ухоженная, видно, что похороненного здесь человека помнят…

А Елена волнуется: теперь надо перерегистрировать захоронение, чтобы его не снесли. Но как это сделать?

— Очень просто, — ответил Игорь Александрович Усиков, заместитель директора МКУ СГК (муниципального казенного учреждения «Служба городских кладбищ»), когда я обратилась к нему с тем же вопросом. — Надо прийти к нам на Ларина, 24/1 и написать заявление на имя директора И. Запорожченко. Указать, что захоронение архитектора Эберга было найдено краеведом таким-то по собственной инициативе, подзахоронений в нем не планируется, ну и т.д. В любом случае, если возникнут какие-то затруднения, пусть обращаются ко мне – я теперь в курсе.

А еще Елена и ее единомышленники в соцсетях стали собирать деньги на памятник Эбергу: «Человек ведь столько сделал для города, он как никто этого достоин». Создано общество почитателей творчества архитектора Л.Ф. Эберга. Если хотите связаться с ним, вот контактный телефон – 8-919-893-63-07.

P.S. Сын Леонида Федоровича — Лев Леонидович — тоже был архитектором. Но творил в другую эпоху, здания у него были другими. Так, по его проекту был построен кинотеатр «Россия», от которого теперь, увы, осталась только наружная стена. Дом с гастрономом напротив театра Горького, здание «Донэнерго» — тоже его. Гостиницу «Ростов» после войны они с отцом восстанавливали вместе. Где он похоронен (вроде бы на Северном кладбище), точно никто не знает. Неизвестно также, остались ли у этой замечательной семьи потомки. Видимо, нет. Но это уже совсем другая история...