5 августа в Азове пройдет военно-исторический фестиваль «Осада Азова-1641», и, значит, снова вспомнят о легендарной смелости донцов

Царский вопрос

93 дня и 93 ночи – столько продолжалось знаменитое Азовское осадное сидение. Вестей о нем ждали во многих странах мира – прежде всего при монарших дворах.Впрочем, там уже на протяжении четырех лет обсуждали азовский феномен. С того самого момента, когда пришла поразившая всех новость: казаки дерзнули захватить крепость Азов, принадлежащую всесильному турецкому султану!

Взятие Азова было вековой мечтой донских казаков. Они не раз ходили на штурм крепости, им даже удавалось порой сразиться с воинами Азовского гарнизона на их территории, но праздновать победу было рано. А тут все на редкость удачно сложилось: крымский хан, в другое время спешно пославший бы своих людей на подмогу азовскому гарнизону, с османским двором оказался в неладах, и ногайцам, которые для Азовского гарнизона были второй каменной стеной, стало не до него: их теснили другие степняки. Но это не значит, что победа далась казакам легко. Гарнизон был неслаб, крепостные стены крепки. Два месяца прошло с начала похода, прежде чем донские и запорожские казаки овладели Азовом. Произошло это в июне 1637 года.

Можно только представить, какие противоречивые чувства объяли при этом известии Московского царя Михаила Федоровича, первого из династии Романовых. Ну разве не удовольствие так чувствительно щелкнуть по носу возомнившего себя правителем мира турецкого коллегу? Это еще ладно: Азов – важный форпост. Прежде азовцы совершали набеги на русские земли, уводили православных в рабство, теперь же этому положен конец. Однако… Михаил Федорович понимал, что турецкий султан с потерей Азова не смирится. Конфликт с Османской империей Московскому государству был ни к чему... Царь решил пойти на хитрость и, пока Азовская крепость в руках казаков, укрепить свои позиции, возведя новые крепости по линии Белгородской засечной черты, ограждающие Нечерноземье от неминуемых будущих набегов басурманов. Царь бранил казаков за самовольный захват Азова, султану объяснял, что казаки – разбойники, люди самоуправные, сладить с ними трудно, на Дон по царскому велению шли, как и прежде, и порох, и свинец.


Искушения золотом и славой

Казаки тоже понимали, что отмщение османов за Азов неизбежно, но время шло, вражеских войск у стен крепости не наблюдалось. Зато в ней вновь появились купцы, в том числе турецкие. Казаки обустраивались, взялись за строительство храма в честь святого Николая-угодника, сделали Азов своей столицей. Эта продолжительная мирная пауза объяснялась тем, что сначала турецкий султан Мурад IV воевал с Персией, и ему было не до Азова, а потом Мурад IV умер. Воцарившийся на троне Ибрагим I собрал против казаков такую рать, которая не привиделась бы им и в страшном сне.

В разных источниках количество участников похода на казачий Азов колеблется от 140 до 300 тысяч. Это притом что самих казаков было не больше восьми тысяч, а, скорее, и того меньше. Картину, которая открылась казакам со стен Азовской крепости в один далеко не прекрасный день 1641 года, выразительно описал безвестный автор «Повести об Азовском осадном сидении»: сплошь до горизонта – шатры, кони, люди.

Во время военно-исторических фестивалей «Осада Азова-1641» можно увидеть реконструкторов, одетых не только донскими или запорожскими казаками, турецкими янычарами, но и по старинной европейской моде. Неудивительно: на стороне османов воевали немцы, французы, итальянцы, шведы. Среди западноевропейцев были главные специалисты военно-инженерного дела, мастера устраивать подкопы, изготавливать огненные ядра.

Несмотря на сознание своей сокрушительной силы, османский военачальник, по обычаям того времени, предложил окруженным сдаться. И не просто положиться на милость победителя. Неизвестный автор «Повести об Азовском осадном сидении» подробно рассказывает, как турок через переводчика искушал казаков. Мол, покинете любимую султанскую вотчину без боя, будет вам и серебро, и злато. Хоть вы и лукавые убийцы да разбойники, но султан ценит вашу храбрость и доблесть воинскую. Если повинитесь, примет вас на свою службу, будете ходить в платье златотканом, и все в Царьграде при встрече с вами будут кланяться!

Казаков, ясно дело, предложение позабавило, и султана Османской империи, владыку полумира, наградили они ласковым словом «собака». Дескать, серебра да злата у нас и самих довольно, а мало будет – так поедем к вам за море и раздобудем, а еще и жен оттуда привезем впридачу. И вообще Азов – только начало: отвоюем еще у вас Иерусалим с Царьградом!

В первый же день казаки доказали, что выбить их из Азова будет непросто. Большой урон нанесли султанскому войску, немцев перебили почти всех, завладели одним из султанских знамен. 


Чудесные видения

Осаждающие решили применить прием, который успешно использовали в войне с персами. Сделали огромную насыпь – целую горы, с вершины которой думали обстреливать из пушек Азов. Казаки ухитрились пробраться к этой горе и ее взорвать. Тогда османы, благо в их войске была целая трудовая армия, насыпали еще одну гору – выше первой. Азов теперь был как на ладони. Стреляли прицельно, разнесли его весь, но казаки к такому повороту оказались готовы: давно обустроили ямы-землянки, прорыли подземные коридоры. Над этими коридорами трудились еще и по другой причине: чтобы делать вылазки за крепостные стены и нападать на врага в самый неожиданный момент. Однажды им даже удалось пробраться к гавани и взять на абордаж судно, которое привезло неприятелю боевые припасы.

И все-таки к концу сентября казаки почувствовали, что их силы на исходе. В четыре часа утра 26 сентября они, истово помолившись, вышли из ворот крепости, чтобы принять последний смертный бой и… не увидели ни одного осаждающего. Дело было не только в густом тумане, который окутал предутреннюю землю. Османский лагерь исчез. Ободренные казаки пустились в погоню.

По свидетельству автора «Повести», взятые казаками в плен рассказали о страшном для османов видении: небывалой туче, надвигавшейся на их лагерь со стороны Московского царства, и двух юношах с обнаженными мечами, которые шли по небу, как по земле… Эти видения и заставили османов вернуться восвояси.

Историки считают, что причиной этого неожиданного бегства османов стали наступающие холода и инфекции, которые косили войско не хуже казаков, а также раздоры, которые все чаще стали случаться между раздосадованными командирами. 


Так решил Собор

Казаки не сомневались, что вскоре османы вернутся к Азовской крепости с новыми силами. Они понимали, что самим им крепость больше не удержать: мало их осталось, а те, что выжили, все изранены. Они обратились к Михаилу Федоровичу с предложением принять Азов как свою вотчину и помочь отстроить крепость и укрепить.

Мудрый царь собрал по этому случаю Земский собор, велев его участникам обосновать свои аргументы письменно. Им предлагалось ответить, стоит ли присоединять Азов к Московскому царству, где взять деньги на его обустройство и как организовать его защиту? И вот тут вырисовалась интересная картина. Большинство участников были восхищены стойкостью казаков и их победой, но многие заговорили о финансово-экономических проблемах, которых на их землях невпроворот, да и воевать вместе с казаками мало кто желал ввиду их своеволия и непредсказуемости.

К этому добавилось известие, что турецкий султан грозился якобы в случае невозвращения Азова истребить православных, проживающих на подвластной ему территории. Михаил Федорович решил, что пока стране лучше обойтись без Азова. Его приказ казаки выполнили 28 мая 1642 года. Взорвали напоследок все, что еще можно было в разбитой крепости взорвать, взяли святые иконы да трофеи: пушки, створки крепостных ворот, городские весы и двинулись в обратный путь. Эти трофеи сегодня может увидеть каждый приезжающий в станицу Старочеркасскую: они по сей день там в «открытом доступе» – у стен Войс­кового собора.