И в этом немалую роль сыграли женщины

Марзие ЯХЬЯПУР и Зейнаб САДЕГИ много делают для пропаганды русской литературы в Иране.
Об этих удивительных фактах я узнала благодаря Первому международному конгрессу волонтеров культуры и медиа, который проходил на Дону. Вернее, благодаря знакомству с двумя его участницами – Марзие Яхьяпур и Зейнаб Садеги, посланницами Исламской Республики Иран.

Эти женщины резко выделялись на фоне других участниц Конгресса: обе – в хиджабах, длинных, в пол, просторных восточных одеждах.

У нас хиджаб часто воспринимается как символ угнетенности, культурной отсталости. Но это явно не про Марзие Яхьяпур и Зейнаб Садеги. Они – ученые дамы, известные и уважаемые в своей стране и за ее пределами.

Марзие Яхьяпур оканчивала аспирантуру МГУ. Она – профессор Тегеранского университета, главный редактор «Исследовательского журнала русского языка и литературы». Зейнаб Садеги – преподаватель университета «Аль Захра».

Г-жа Яхьяпур и г-жа Садеги не только читают лекции по русскому языку и русской литературе. Они участвуют в возведении культурного моста «Иран – Россия»: переводят на фарси русскую классическую и современную литературу, пишут статьи и книги о том, какие нити связывают творчество знаковых русских писателей с Востоком.

Изучение русской литературы убедило этих исследовательниц в том, что русские классики с уважением относились к людям исламской культуры.

Программа Первого международного конгресса волонтеров культуры и медиа включала в себя инфотуры по донским знаковым местам, связанным с жизнью и творчеством выдающихся мастеров слова. Так что Таганрога – малой родины Антона Павловича Чехова – иранские гостьи не миновали.

– Чехова в Иране сегодня знают хорошо, его уже всего перевели на фарси, – говорит Марзие Яхьяпур.

Есть и ее вклад в то, что чеховские произведения стали доступны иранским читателям: госпожа профессор тоже сделала несколько таких переводов.

Российские историки литературы пишут, что с творчеством Чехова широкий иранский читатель познакомился довольно поздно. Известно, что до 1939 года на фарси было переведено всего несколько его коротких рассказов, да и те порой были сделаны не с оригинала, а с переводов Чехова на европейские языки и потому не отличались высоким качеством.

 В Иране тогда был авторитарный шахский режим, изучение русского языка не поощрялось. Больше того: интерес к русскому языку и русской культуре вызывал подозрение: а не завуалированная ли это симпатия к Советскому Союзу с его строем и идеологией?

В 1941 году этот режим пал, и в Иране стали печатать русских классиков и современников. Больше всего, судя по количеству изданий, переизданий и тиражей, иранцам полюбились короткие рассказы Чехова. А для многих иранских прозаиков Антон Павлович стал любимым и самым авторитетным учителем.

В этом есть заслуга удивительной иранской женщины Фатимы Сайях. Волею судьбы она родилась в Москве, провела здесь детство и юность, окончила филфак Московского университета. Во время учебы познакомилась с иранцем, который учился там же на юриста, они поженились и вернулись на родину предков.

В Иране были многовековые традиции поэзии, стихи лучших персидских поэтов вошли в сокровищницу мировой литературы, а вот проза в первой половине ХХ века еще только складывалась. Фатима Сайях стала призывать молодых иранских литераторов учиться писать рассказы у Чехова: «Его стиль так изящен, самые маленькие события он изображает так ярко, что читатель понимает и представляет себе их лучше, чем видит в жизни».

Фатима Сайях была известным литературоведом, профессором Тегеранского университета. Ее призыв учиться у Чехова молодые иранские писатели услышали.

В современной России слово «чиновник» чаще употребляется с негативным оттенком. Борьбу за то, чтобы эту ситуацию переломить, сегодня вряд ли можно назвать успешной. Немногие вспомнят, что тот «маленький человек» русской литературы, которому сочувствовали наши классики, нередко был чиновником низшего ранга…

А вот иранских писателей, по наблюдению Зейнаб Садеги, образ бедного, бесправного, затюканного мелкого чиновника привлекает по-прежнему. «Беря его под защиту, писатели с тонким юмором или едкой сатирой обличают безжалостных и спесивых начальников, высших чиновников, перед которыми он вынужден угоднически преклоняться, чтобы не потерять работу», – замечает она в одной из статей. Так чеховскую литературную традицию продолжают в Иране.

Марзие Яхьяпур и Зейнаб Садеги вместе с коллегами из других стран побывали во время Конгресса в дорогих сердцу любителей русской классики чеховских музеях, увидели сцены из спектакля Чеховского таганрогского мемориального театра «Человек в футляре». Им будет что рассказать своим студентам на лекциях и вечерах русской культуры. А возможно, и не только студентам.