Леонид Шемшелевич: богат гордостью

Это, кстати, довольно редкий случай – по той простой причине, что 1920-1930-х годах многие наши корреспонденты и внештатные авторы публиковались под псевдонимами. Или вместо подписи под их материалами в «Большевистской смене» (так тогда называлась наша газета) ставили инициалы, а то и всего лишь указание на статус: собкор, спецкор. Бывало, что и эти обозначения заменяло название того населенного пункта, откуда пришло сообщение или даже целая корреспонденция.

Однажды (в 1930-х) мелькнула в «БС» подпись «Л.Ш.» под сообщением, в котором рассказывалось о встрече писателя Шолохова с ростовскими рабочими. Но стоит ли расшифровать ее как «Леонид Шемшелевич»? Обычно за подписью этого автора в «БС» публиковались материалы другого плана: стихи (чаще на злобу дня), рассказы о театральных премьерах.

Стихи были энергичные, боевые. Вот, к примеру, «Ударная», которую наша газета представила 20 апреля 1930 года как «новую песню новой страны»: «Мы кроем пулей меткою//Врага, врага в упор.//Теперь мы пятилеткою // Даем ему отпор».

Через месяц в «БС» – изобличительные вирши Шемшелевича «Бег на месте». Автор за то, чтобы «выжечь из советской физкультуры аполитичность рекордсменов-чемпионов, отрыв от масс».

Это было время, когда на советских предприятиях стали появляться первые спортивные «подснежники»: люди, которые числились в штате, но в производственном процессе не участвовали или участвовали слабо. Их рабочими сменами были тренировки на спортплощадках, а главными достижениями – результаты на спортивных соревнованиях.

Для Леонида Шемшелевича такие и им подобные граждане были «буржуазной кастой профессионалов от физкультуры». «Очистим корабль пролетарского спорта от тренированных дармоедов!» – призывал поэт.

Согласны ли были с этой установкой любители спорта?.. Едва ли. Больше о спорте Шемшелевич в «БС» не писал. А вот театральным критиком, судя по всему, был авторитетным. Газета из года в год отводила для его отзывов о театральных премьерах довольно много места. 9 апреля 1934 года запустила даже цикл статей о художественной жизни не только Азово-Черноморского края, но всего Союза. Фактически – Первопрестольной, в которой нередко бывал Шемшелевич. Открывала цикл его публикация о постановке оперы Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда» («Катерина Измайлова») в московском театре Немировича-Данченко. На публикации прежде всего Шемшелевича этот цикл, вероятно, и был рассчитан.

 К Новому 1936 году Шемшелевич сочинил незатейливый экспромт, и «БС» опубликовала его в праздничном номере: «Поднимем бокалы за 1935-й // И выпьем дружно за молодой// новый, стахановский, счастьем богатый//Выпьем, ребята, за 36-ой!»

 Мог ли кто-нибудь тогда подумать, что 1936-й окажется последним радостным годом его жизни?

 С конца 1937-го имя Леонида Шемшелевича со страниц «Большевистской смены» исчезает. Исчезает оно и из других региональных и центральных изданий.

То, что произошло тогда с Шемшелевичем, и многие годы спустя в донских литературных кругах называли скверным анекдотом. Об этой беде упоминает в своих воспоминаниях Борис Изюмский: поэт Леонид Шемшелевич 8 лет провел в ссылке (по другим источникам – 10 лет в сталинских лагерях) «за то, что на смерть Горького опубликовал, несколько переделав, свое стихотворение, написанное когда-то «во здравие».

 После освобождения Шемшелевича Фортуна вновь ему улыбнулась (в первые послевоенные годы у него вышло два сборника стихов). Потом опять от него отвернулась (он едва не стал жертвой борьбы с космополитами, крови братья-писатели попортили Шемшелевичу изрядно). Но пережил и это, выпустил еще несколько поэтических сборников. Писал большие очерки об известных писателях и их книгах, которые публиковались преимущественно в журнале «Дон». Оставался верен принципам комсомольской молодости, ленинским идеалам.

Молодежная газета «Комсомолец» (с 1950-х годов это – новое имя «Большевистской смены») знакомила читателей едва ли не с каждой книжной новинкой этого, одного из старейших своих авторов.

Сегодня, если кликнуть в Сети «Шемшелевич», сайтов появится немало, но вот сведений в них немного. Неожиданно имя Шемшелевича оказалось крепко связанным с именем другого донского писателя, известность которого не ограничивается донским регионом. Это автор книг для детей Иван Василенко. Повсеместно цитируются слова о нем Шемшелевича: был человеком чеховского характера, чутким, добрым, скромным до застенчивости…

 Из большого количества стихов, написанных Шемшелевичем, на литературных сайтах и в блогах любителей поэзии чаще всего упоминается «Песня дружбы» как пример строк, в которых отразился дух эпохи (она была сочинена к 15-летию ВЛКСМ): «Кровь победы на яркой советской звезде!//Делом доблести жизнь комсомола богата.//Будем драться с врагами всегда и везде//Руку на дружбу, ребята!»

 Но рассказ о Леониде Шемшелевиче мне бы хотелось завершить строками из его последнего поэтического сборника (1979 года). В них – итог прожитой жизни: «Быть личностью –//Не значит лезть на сцену //И залихватски с модою дружить,//И завышать своим твореньям цену.//Ведь хвастовство – не лучший способ жить. //И честно зарабатывая хлеб свой, //Пред выгодой души своей не гни.//В угоду славе ты не раболепствуй//Достоинство поэзии храни…//Сокровищ нету у меня несметных//Но если правду люди говорят,//Что чувство гордости – //Богатство бедных, –//То я богат…»