Сергей Кисин: «Без указов Николая I Ростова бы в нынешнем виде не существовало»

Сергей КИСИН – ростовский историк и журналист, автор книги «Ростов-папа», по мотивам одного из сюжетов которой телеканалом НТВ был снят одноимённый сериал, вызвавший громкую и неоднозначную реакцию огромной зрительской аудитории.

На днях Сергей Валерьевич презентовал свою новую работу – «Император Николай I и его эпоха. Донкихот самодержавия 1825-1855 г.г.»

– Всё очень просто. Каким нам в школе рисовали Николая I ? «Николаем Палкиным», душителем декабристов, гонителем Пушкина, «жандармом Европы»… И как вообще страна могла жить при таком «кровавом диктаторе»?

Исключительно для статистики: за время тридцатилетнего царствования Николая I он подписал аж целых… пять (!) смертных приговоров. И были этими казнёнными известные всем лидеры декабрьского восстания.

Вокруг исторической личности Николая много тумана и откровенной лжи. А я как историк обязан быть беспристрастным. Как журналист я могу высказывать свою позицию, но как историк должен оперировать только фактами. 

Мне важно было беспристрастно посмотреть на ту эпоху, на тех людей и понять, какую роль эти личности сыграли в истории России. На какие процессы повлияла эта эпоха? Что было ДО и что стало ПОСЛЕ?

– Итак, в центре книги фигура Николая I. Что нового о нём вы для себя открыли? С какими трудностями этот человек столкнулся, особенно поначалу?

– Попробуйте поставить себя на его место. Человек совсем не готовился брать гигантскую ношу императорской власти на себя, всё получилось достаточно случайно. Официальным наследником престола был Константин Павлович, в молодые годы попавший в неприятнейшую историю, которая мало кому известна, поэтому я уделил ей  в книге определённое внимание. Здесь скажу лишь, что он полностью дискредитировал себя неблаговидными поступками, был отправлен наместником в Польшу, где женился на местной графине и потерял право на трон. Но и в Польше он всё провалил – позже там началось восстание, вылившееся в резню русских людей…

И вот на этом фоне на престол должен вступить Николай, который лишь за шесть лет до этого узнал о своём венценосном будущем. Ему 23 года, политике его никто не обучал. Да и в военном искусстве он не сильно искушён, он фортификатор, сапёр. Его поставили перед фактом. 

А Государство Российское в последние годы царствования Александра I, надо сказать, было изрядно запущено. Это касалось и политики, и дипломатических отношений, и экономики.

И вот не успел Николай взойти на трон, как вдруг начинается восстание…

Напомню: вопрос шёл об уничтожении всей царской семьи, что потом «успешно» взяли на вооружение большевики. Такой вот «старт» получился.

Хочешь не хочешь, а новому императору пришлось принимать меры по наведению порядка в государстве и армии. Ведь даже в гвардейских полках того времени был полный раздрай. Поэтому начались плац-парады, смотры, инспекции. В результате: четыре войны в его царствование – четыре победы!  И это не считая расширения границ на Кавказе. Слава богу, до поражения в Крымской войне Николай I не дожил.

– А оставил ли Николай I свой след в истории Ростова?

– По многочисленным ходатайствам ростовских купцов в наш город в 1836 году Высочайшим указом была возвращена Темерницкая таможня, которая до этого была переведена в приморский Таганрог. Ростов без таможни потихоньку хирел, потому что торговые суда проходили мимо, не заходя в наш убогий порт. Если бы всё так и оставалось, города в нынешнем виде не существовало бы. Но буквально через год после возвращения в Ростов таможни его торговый оборот вырос в 30 (!) раз. Здесь начали открываться иностранные представительства, сюда позже была построена железная дорога, проект развития которой во всей России инициировался именно Николаем I.

В город пошли инвестиции, а отсюда – бурное развитие не только торговли, но и промышленности. Строительство железной дороги потребовало возведения чугунолитейных заводов, разработки новых угольных копей.

Также при Николае I в Ростове была упразднена крепость Димитрия Ростовского, которая стала мешать развитию города. Она была переведена в район нынешней Анапы, а наш город получил возможность расширения за счёт строительства новых кварталов.

– Была ведь ещё забавная история, связанная с переносом столицы донского казачества?

– Когда атаман Матвей Платов решил перевести столицу в Новочеркасск, и переезд состоялся, оказалось, что на возвышенности, где расположен этот город, отсутствует вода. Казакам это не нравилось, и они долгое время писали в Петербург челобитные о возврате столицы донского казачества на прежнее место, в станицу Старочеркасскую или в Аксайскую. Российская бюрократическая машина всегда была неповоротливой, вопрос не решался годами, и дело закончилось тем, что император пожелал лично разрешить  проблему на месте. Стало быть, прислушивался к своим подданным?

Николай I приехал на Дон поздней осенью, когда лили дожди, размывшие все дороги. Да к тому же он маялся зубной болью. В непролазную слякоть царь самолично попытался осмотреть предлагаемые варианты, дабы принять окончательное решение. Но чаша его терпения окончательно переполнилась после того, как нерадивый возница на скользкой дороге буквально вывалял царственную особу в донском чернозёме…

В конце концов, раздосадованный сонмом неурядиц император укатил восвояси, оставив столицу донского казачества там, где она находится и по сею пору.

– Правда ли, что некоторые ростовские улицы были названы в честь выдающихся государственных деятелей его поры?

– Николай I действительно умел находить и выдвигать на ответственнейшие посты талантливых организаторов, становившихся его настоящими соратниками. Ростовчане высоко оценили труд этих людей, изначально назвав, например, нынешнюю Ульяновскую улицу Канкринской – то есть именем министра финансов Егора Францевича Канкрина, проведшего весьма удачную денежную реформу. А нынешняя улица Баумана прежде была Воронцовской – в честь наместника на Кавказе и руководителя обустройства Новороссии, который лично занимался и развитием придонских земель.

И наконец, проспект Семашко когда-то назывался Николаевским – это уже непосредственно в честь Николая I. Словом, ростовчанам было за что благодарить самодержца и его соратников. И памятник ему, я твёрдо уверен,  так же актуален для Ростова, как памятники Елизавете Петровне или Екатерине II.

– Со школьных лет нам известно, как непросто складывались взаимоотношения Николая I с Александром Сергеевичем Пушкиным, который, как известно, «наше всё»…

– Нам внушали много всякого разного, подчас не имеющего отношения к реальности. Ведь даже сам Пушкин написал, что «хоть он и упёк меня в камер-пажи, но на другого его не променяю, ибо от добра добра не ищут…»

Николай I и, кстати, начальник III отделения «жутко страшный» Бенкендорф действительно сделали солнцу русской поэзии немало добра. Начиная с того, что Александра Сергеевича не принимала семья Гончаровых, когда тот сватался к Наталии. Ведь за ним прочно закрепилась репутация мота, дуэлянта и волокиты. Тогда Пушкин обратился с письмом о помощи к… Бенкендорфу. И только авторитет двух самых могущественных тогда в России людей помог сменить гнев Гончаровых на милость, а поэту – обрести личное счастье!

Не надо забывать, что именно Николай I после гибели Пушкина погасил все его немалые долги, и семья с малолетними детьми была освобождена от столь тяжкого бремени.

Да и в камер-пажи Александр Сергеевич был произведён не просто так. Начиная писать «Капитанскую дочку», он безуспешно пытался получить доступ к строго засекреченным материалам о восстании Емельяна Пугачёва. Это не удавалось даже профессиональным историкам, таким как С.М.Соловьёв. А придворный чин давал такое право. И когда Пушкин его получил, перед ним открылась возможность написать историю Пугачёва, «Капитанскую дочку», а потом и историю Петра.

Только у Пушкина были самые комфортные условия для издания своих произведений. Стоит лишь сказать, что за стихотворную строчку он получал пять рублей – сумасшедшие по тем временам деньги! 

А то, что Николай I объявил себя личным цензором поэта, было не отягчением, а благом. Ни один чиновник отныне не смел цензурировать его тексты. И надо сказать, что Александр Сергеевич неоднократно превозносил государя при жизни, о чём в пропагандистских целях прежде скромно умалчивалось.

– Помнится, Александр III говорил, что «Европа может подождать, пока русский император удит рыбу…» При Николае I было так же?

– При дедушке было то же самое. Приведу только один пример. Капитан I ранга Г.И. Невельской был отправлен исследовать устье Амура, а в тот момент у России были напряжённые отношения с Китаем из-за спорных территорий и из-за абсолютно тогда неизученного Сахалина. Капитану судна «Байкал» начальством были даны жёсткие указания, не вступая ни в какие сношения с китайцами, тихо и скромно пройти по Амуру. Но тот в ходе экспедиции сперва тщательно изучил два рукава дальневосточной реки, доказав их судоходность. Затем Невельской вышел в Охотское море и, пройдя Татарский пролив, обогнул Сахалин, доказав, что это остров, и водрузив на нём флаг Российской империи.

Однако после его реляции в Министерство иностранных дел последовал жуткий разнос министра Нессельроде – мол, ты поссорил нас с императорским Китаем – и донос в Зимний дворец с требованием разжаловать Геннадия Ивановича в матросы. 

Но Николай I, пригласив Невельского к себе и заслушав его рапорт, не только не разжаловал того в матросы, но присвоил звание контр-адмирала и вручил орден Святого Владимира. Именно тогда была произнесена знаменитая фраза императора: «Там, где однажды был поднят флаг России, он уже никогда не будет спущен!» Это слова Николая I, а не Петра I, которому их приписывали. Они полностью характеризуют масштаб личности настоящего Государя, понимающего благо России.

– А насколько верно, что именно при его царствовании в России был создан реально действующий государственный бюрократический аппарат, который сегодня охаивают все, кому не лень?

– Управлять державой из Санкт-Петербурга было невозможно, ведь приказы, скажем, до Иркутска доходили за несколько месяцев. Нужен был реально и эффективно действующий аппарат. Была необходима властная пирамида, на вершине которой был бы он, император Российский.

Он лично и очень оперативно рассматривал ВСЕ важные бумаги. Его стол, по свидетельствам очевидцев, никогда ими завален не был – всегда чист, а документы отправлены для исполнения. Николай I работал сутками и спал на узкой походной кровати, не гнушался есть из солдатского котла. 

Николая I постоянно упрекают в том, что он, мол, не отменил крепостное право. Но процесс отмены, выработка подходов началась ещё при нём. Именно в его царствование пошла реформа государственных крестьян графа Киселёва, запрещавшая продавать крестьян без земли и позволившая практически освободить почти половину крестьянского населения России. 

А что касается государственного аппарата, то он состоял и состоит из людей, которые, как известно, несовершенны. В России госаппарат зачастую инерционен и тяжёл – очень уж масштабна наша держава. Но он жизненно необходим. Так было всегда. И значительно укрепил его, выстроил вертикаль власти, повторюсь, именно Николай I.