Рафаиль Туишев – человек джаза. Впечатления от выступления джаз-оркестра Габескирии, полученные в ранней юности, скроили жизнь по особому лекалу. Туишев сам играл в эстрадных коллективах, организовал джазовую секцию, затем превратившуюся в Ростовский городской джаз-клуб, который он возглавил.

В конце 60-х стал, как бы сейчас сказали, продюсером – помогал ростовским музыкантам ездить на джазовые фестивали, продвигал их всячески на большую сцену… 

В 1973-м Туишев создал ростовское варьете и стал одним из создателей Ростовского объединения музыкальных ансамблей. В числе групп, которые продюсировал Туишев, был и оркестр Кима Назаретова. 

Сегодня Ким Назаретов – легенда. Образ, отлакированный критикой, множеством статей, энциклопедий джаза. 

Рафаиль Хайрулович никогда не писал воспоминаний о Назаретове. Хотя его память хранит очень многое из жизни Маэстро, рядом с которым Туишев был долгие годы. 

Некоторые заметки, посвященные Времени Назаретова в ростовском джазе, мы предлагаем вашему вниманию. 

Первое знакомство

Услышал я музыку Назаретова и влюбился в нее гораздо раньше, чем состоялось наше личное знакомство. 5 апреля 1966 года управление культуры росгорисполкома проводило творческие отчеты эстрадных оркестров города. 

Среди выступавших был оркестр ДК «Энергетик», руководил которым Ким Назаретов. 

Это было нечто! Не только я, весь зал сельмашевского ДК был потрясен: и звучанием оркестра, и великолепным соло инструменталистов – в первую очередь саксофоном Эдика Бахмана. Впервые я услышал настоящий джаз в исполнении ростовского биг-бенда. 

Из зала я вышел ошарашенным и занял очередь на такси. Вдруг сзади ко мне подошел человек и спросил: «Кто крайний?» Я обернулся – передо мной стоял Ким Назаретов, которого я только что видел на сцене. В этот момент подъехало такси, и я молча уступил ему свою очередь. Мне так хотелось хоть чем-то отблагодарить этого человека!

Эту историю я ему, конечно, никогда не рассказывал… 

Не стоит думать, что до Назаретова джаза в Ростове не было. Город всегда имел хорошую джазовую репутацию, здесь были талантливые музыканты. В 1963 году первый в СССР джазовый просветитель Игорь Сигов создал в Ростове группу по исследованию джаза. Начали выпускать самиздатовские переводы литературы о джазе, в конце 1964-го, объединив усилия исследователей из Ростова, Воронежа, Рязани и других городов, Сигов создал «ГИД» (Группу по исследованию джаза в СССР). 

В 1965-м возникла идея создания клуба по интересам, которую поддержал горком комсомола. Так появился городской молодежный эстетический клуб «Радуга». Из его секции вырос Ростовский джаз-клуб, который я возглавил. 

В апреле 1968-го ростовчане впервые «вышли на арену» джаз-фестиваля, который проходил в Куйбышеве. И, что называется, просто порвали зал. Т. Тумбулова, И. Метелкин, В. Харсеев, трио – А. Эскин, Б. Грунский, М. Левин. 

Ростовский музыкант Николай Гончаров переиграл во всех главных джаз-оркестрах Советского Союза, его имя гремело…

И в эту среду музыкантов входит Ким Назаретов, вокруг которого начинают собираться наиболее талантливые. Он всегда привлекал к себе неординарных людей. В 1968 году Ким Аведикович со своим коллективом репетировал и выступал в Доме офицеров СКВО. И однажды Альберт Левин, известный в то время в Ростове руководитель студенческого театра миниатюр РИСИ, сказал мне, что Ким Назаретов хочет со мной переговорить.

Мы – в гостях у Кима. Слева направо: Евгений ГНЕЗДИЛОВ – саксофонист, кларнетист. Более 25 лет проработал в биг-бенде Назаретова. Михаил ТАЗАПЧЯН – барабанщик Ростовского госцирка. Юрий ВЕРМЕНИЧ – один из создателей «Группы по исследованию джаза в СССР», председатель Воронежского джаз-клуба. Рафаиль ТУИШЕВ – председатель первого Ростовского джаз-клуба.
Мы – в гостях у Кима. Слева направо: Евгений ГНЕЗДИЛОВ – саксофонист, кларнетист. Более 25 лет проработал в биг-бенде Назаретова. Михаил ТАЗАПЧЯН – барабанщик Ростовского госцирка. Юрий ВЕРМЕНИЧ – один из создателей «Группы по исследованию джаза в СССР», председатель Воронежского джаз-клуба. Рафаиль ТУИШЕВ – председатель первого Ростовского джаз-клуба.

Все, чем могу

Встреча состоялась, и Ким предложил мне заняться организацией гастролей возглавляемого им оркестра. 

Я отказался. И объяснил, что содержать такой коллектив – 6 саксофонов, 4 трубы, 4 тромбона, ритм-секцию плюс вокальный квартет, певцов-вокалистов – практически невозможно. И в недалеком будущем ему предложат уйти из Дома офицеров в связи с нерентабельностью. Время больших оркестров, работающих на профессиональном уровне, тогда еще не наступило. И совершенно неясно было, наступит ли оно вообще.

– На место твоего оркестра придет мой коллектив (я тогда возглавлял ансамбль «Молодость-66». – Р.Т.) и будет играть танцевальную музыку. Нас возьмут, потому что это востребовано и временем, и местом, – «врезал» я Киму.

Он не воспринял это как оскорбление, что меня очень обрадовало и удивило. Ким был умным человеком и, скорее всего, в душе уже предвидел именно такое развитие событий. Я готов был быть полезным и коллективу, и в первую очередь ему лично, но переломить ситуацию и вытащить большой оркестр не смог бы. 

В то время я профессионально занимался фотографией и предложил Киму провести фотосессию – снимки для рекламных плакатов и афиш были нужны всем. Назаретов с радостью согласился. 

Именно тогда и была сделана одна из самых известных фотографий Назаретова – Ким за роялем. 

Эта фотография сделана во время репетиции оркестра в Доме офицеров, Ростов-на-Дону, 1967 год. Она потом очень много тиражировалась, но я нигде не указывал, что автором знаменитого снимка был я.
Эта фотография сделана во время репетиции оркестра в Доме офицеров, Ростов-на-Дону, 1967 год. Она потом очень много тиражировалась, но я нигде не указывал, что автором знаменитого снимка был я.

Булыжник и песчинка

Так получилось по жизни, что мне приходилось порой говорить Киму неприятные вещи. Но отношения наши предполагали только откровенность, и я всегда говорил прямо, «без реверансов». Однажды, когда оркестр Назаретова уже приобрел известность в Ростове, он обратился ко мне за советом. Известный Константин Орбелян, художественный руководитель эстрадного оркестра Армении, позвал Кима к себе вторым дирижёром. В Ростове, конечно, любили джаз, но у власти предержащей он был далеко не в почете. Музыканты не имели уверенности в завтрашнем дне, мыкались без зарплат, у групп не было постоянного «места прописки», они скитались по клубам. А тут – государственный оркестр, совсем другое материальное положение, работа с самим Орбеляном…

Я чувствовал, что Ким на распутье: предложение было заманчивое. И прямо сказал ему: 

– Лучше в Ростове быть булыжником, чем в Ереване песчинкой. Ты пойми, Орбелян никогда не выпустит тебя на большую сцену…

Начал успокаивать: пусть медленно, но верно джаз получает признание, и перспектива в Ростове окажется куда более интересной, чем на выезде. Не знаю, что оказалось решающим, но считаю, что та беседа все-таки помогла сохранить для Ростова нашего Назаретова. 

Любовь должна быть взаимной 

Однажды на юбилее преподавателя музпеда Сергея Егорова Ким, познакомившись с моей супругой, вдруг неожиданно для нас спросил: «Почему ваши дети не занимаются музыкой?» Моя жена с улыбкой ответила: «Я бы с удовольствием, но вот отец не поддержал мои желания». Я действительно считаю, что заставить заниматься музыкой из-под палки нельзя. Это должно быть велением души. Меня в детстве, например, играть никто не заставлял, я сам тянулся к музыке. Эту свою точку зрения я и изложил в ответ на вопрос Кима. И вдруг в ответ слышим: «А меня в детстве заставляли садиться за фортепиано». Я был ошарашен. А потом, думая над этим разговором, понял: единых рецептов нет. И то, что в детстве Кима усаживали за рояль насильно, никак не повредило его отношениям с музыкой. Их любовь была взаимной. И на стене Харьковской консерватории есть доска с именем Кима Назаретова, с отличием окончившего это учебное заведение.

За какие шиши?

Как председатель Ростовского джаз-клуба, все официальные поездки на фестивали организовывал я. На общественных началах. Дело было непростое – никаких денег, несмотря на официальные приглашения, на джаз никто не выделял. Все ездили за свои, всех нужно было освободить по месту основной работы, учебы, организовать, создать условия. 

Всегда считал и считаю, что все это не должно быть головной болью музыкантов. У них одна задача – играть достойно. Остальные проблемы – не их, мои. 

На IX традиционный фестиваль джазовой музыки «Весна-76» в Куйбышеве я вывозил квинтет варьете гостиницы «Интурист», которым в то время руководил, и биг-бенд Ростовского училища искусств, которым руководил заведующий эстрадно-джазовым отделением Ким Назаретов. 

И вот за день до вылета делегации на последней репетиции Ким вдруг упавшим голосом говорит мне, что биг-бенд никуда не едет: у нескольких музыкантов-студентов нет денег на покупку авиабилетов. 

Решать все надо было быстро. Я пригласил пять музыкантов, которые работали в системе ресторанов. Их финансовые возможности были несравнимы со студенческими. И я настойчиво предложил профинансировать выезд студентов на фестиваль. Откликнулись все, деньги дали под мое честное слово и никогда больше этот случай не обсуждали. 

А в Куйбышеве в тот раз ростовчане сделали всех. 

Уже подводят итоги фестиваля, Владимир Фейертаг за кулисами начинает заполнять дипломы, диктует фамилии лауреатов. Я подошел к нему и спокойно так посоветовал не портить грамоты – сейчас начнется выступление ростовчан, имена лауреатов изменятся. Володя невозмутимо продолжает заполнять. И вдруг вопль президента Куйбышевского джаз-клуба Льва Бекасова: «Слушайте, вот это джаз!» Все вернулись в зал. И стали свидетелями и участниками триумфа оркестра Кима Назаретова. Принимали просто на ура. 

Так покатилась по стране слава Назаретова. Оркестр на фестивале получил восемь дипломов.  

Жюри отметило и наш квинтет, присудило ему диплом лучшего ансамбля фестиваля. 

В 1977 году оркестр Назаретова с блеском выступил на юбилейном фестивале «Донецк-108», в Москве на концерте в честь десятилетия студии «Замоскворечье», который вел знаменитый Алексей Баташов. Джазовый мир оценил дар Назаретова, он стал знаменит…

Двойной гонорар

В марте 1991-го мне, тогда директору представителя Воркутинской товарной биржи на Юге России, предстояло провести ее презентацию. Я встретился с Кимом и предложил ему сорокаминутное выступление с биг-бендом в сводном концерте. Назвал гонорар. Ким обрадовался и сказал, что это очень вовремя. Он как раз пригласил из Баку на работу в консерваторию Виктора Бударина – очень талантливого музыканта, а у того возникли трудности финансового характера, и Назаретов решил все деньги за выступление отдать Бударину. 

Поступок этот был очень характерным для Кима – он всегда бросался на помощь, но мне показался он не очень правильным: ведь деньги принадлежали всему коллективу. Я пообещал найти выход из ситуации…

Зал был забит до отказа, съехались бизнесмены из Литвы, Латвии, Молдавии, Украины, Грузии, Армении, Беларуси. Полный аншлаг на торгах биржи и абсолютный успех биг-бенда. В одном из первых номеров газеты «КоммерсантЪ», в статье «С севера дальнего в сторону южную» о первых биржевых торгах на юге, отдельно написали о триумфальном выступлении оркестра Назаретова…

А вопрос я решил: в два раза увеличил гонорар, и его хватило и на выплаты коллективу, и на то, чтобы поддержать Бударина. 

1989 год. В Ростове проходил III фестиваль больших джазовых оркестров и III Всероссийский конкурс джаз-оркестров эстрадных отделений музучилищ и училищ искусств РСФСР. В жюри были джазовые легенды, Ростов встречал Большой джаз. На этом фото – Владимир ФЕЙЕРТАГ, Олег ЛУНДСТРЕМ, Юрий САУЛЬСКИЙ и Ким НАЗАРЕТОВ. Интервью у Лундстрема берет Борис НОВИКОВ. Именно тогда Олег Леонидович назвал Кима «рыцарем биг-бенда».
1989 год. В Ростове проходил III фестиваль больших джазовых оркестров и III Всероссийский конкурс джаз-оркестров эстрадных отделений музучилищ и училищ искусств РСФСР. В жюри были джазовые легенды, Ростов встречал Большой джаз. На этом фото – Владимир ФЕЙЕРТАГ, Олег ЛУНДСТРЕМ, Юрий САУЛЬСКИЙ и Ким НАЗАРЕТОВ. Интервью у Лундстрема берет Борис НОВИКОВ. Именно тогда Олег Леонидович назвал Кима «рыцарем биг-бенда».

Самый счастливый день

20 октября 1986 года. Большой зал Ростовской областной филармонии – весь в цветах. Полный аншлаг. Люди стоят в проходах, толпятся на балконах. Юбилейный вечер Кима Аведиковича Назаретова, заслуженного деятеля искусств России, заведующего кафедрой эстрадной и джазовой музыки РГМПИ. 50 лет Маэстро и 30 лет его творческой деятельности. В зале – мама Кима, родные и близкие, друзья, поклонники, музыканты, джазмены из разных городов страны. Народный артист СССР Михаил Ильич Бушнов, поздравляя юбиляра, говорит: «Ким, посмотри на галерку: там полно студентов. Оглянись на этот зал – ради этого стоит жить!»

В этот вечер играли ученики Кима, великолепно выступал ростовский джаз-оркестр Назаретова, его коллеги. Любовь ростовчан к Киму просто переполняла аплодирующий зал…

Вот и все 

Из этого же зала 20 июля 1993 года мы провожали Кима Назаретова в последний путь. С ним пришел проститься весь Ростов, приехали и из других городов. Я в то время работал в Москве, смог приехать только в день похорон. На входе в зал меня встретил ближайший друг Кима – Яша Кюльян. Мы обнялись, заплакали… 

Люди все шли и шли, несли цветы, венки. 

В тот день я поклялся себе, что обязательно проведу в Ростове фестиваль, посвященный джазу и Киму. Обещание это я выполнил. Фестиваль «Джаз по-ростовски» стал традиционным. 

После смерти Кима его друзья-единомышленники Виктор Кутов и Яков Кюльян сделали все, чтобы джаз в Ростове жил всегда. Достойно работают талантливые ученики Назаретова, живет ростовская школа джаза.

Я пронес увлечение джазом через всю жизнь. Главное, что это увлечение дало мне, – знакомство и счастье общения с людьми неординарными, яркими, талантливыми, многие из которых подарили мне свое уважение и дружбу. Я знал, что могу ими располагать, а они знали и знают, что я – в их распоряжении.

Я отдаю долг памяти друзьям и единомышленникам, каждый из которых на своем месте служил Музыке. Они любили джаз, а не себя в джазе, как многие из нынешнего поколения. 

Очень важно в наш нерасположенный к высоким чувствам век иметь и хранить память… 

Первый ряд: Е. ГНЕЗДИЛОВ, К. ОЛЕНИКОВ, В. ПОПОВ, К. НАЗАРЕТОВ, К. ДЕЛАНЬЯН. Второй ряд: М. ЛЕВИН, В. КАРАТАЕВ, Б. ШЕСТАК, М. РАДИНСКИЙ, А. РЕШЕТНИКОВ, Е. МЕДВЕДЕВ, Г. ТАРАНОВ. Третий ряд: Г. ГРЕЧУХИН, В. ШЕВЧЕНКО, Г. ТАНОВ, Д. ФОМИЧЕВ, С. ЕГОРОВ, И. ЕГОРОВ, Н. ИОАННИСЯН, В. СМОРОДИН.
IX традиционный фестиваль джазовой музыки «Весна-76» в Куйбышеве. Там начиналась всесоюзная слава Кима Назаретова. На фото – состав биг-бенда, который поразил слушателей своим исполнением джазовых композиций.

Первый ряд: Е. ГНЕЗДИЛОВ, К. ОЛЕНИКОВ, В. ПОПОВ, К. НАЗАРЕТОВ, К. ДЕЛАНЬЯН. Второй ряд: М. ЛЕВИН, В. КАРАТАЕВ, Б. ШЕСТАК, М. РАДИНСКИЙ, А. РЕШЕТНИКОВ, Е. МЕДВЕДЕВ, Г. ТАРАНОВ. Третий ряд: Г. ГРЕЧУХИН, В. ШЕВЧЕНКО, Г. ТАНОВ, Д. ФОМИЧЕВ, С. ЕГОРОВ, И. ЕГОРОВ, Н. ИОАННИСЯН, В. СМОРОДИН.

Фото из архива Рафаила Туишева