Музы не молчат никогда

Игорь СОЛОНИН (слева) и Сергей МУСИЕНКО.

На сцене Донского театра драмы и комедии им. В.Ф. Комиссаржевской (Казачьего драматического театра) гости показали «Водевили» А.П. Чехова по рассказам «Юбилей», «Медведь» и «Предложение», а также спектакль для детей «Золотой цыпленок» по пьесе В. Орлова.

«Когда говорят пушки, музы молчат» – это крылатое выражение (вернее, его вариация) известно со времен Цицерона. Так ли на деле, узнаем из интервью нашей газете режиссера и актера Сергея Мусиенко и генерального директора театра Игоря Солонина.

– Кто инициатор ваших гастролей?

Игорь Солонин: Росконцерт. Эту идею удалось осуществить еще и потому, что обеспечивает гастроли принимающая сторона. Мы надеемся, что это будет долговременное и плодотворное сотрудничество.

– Вы помните день, когда случилась катастрофа с театром?

Сергей Мусиенко: Представьте, это был день моего рождения – 16 марта. Артистов в театре на тот момент не было. Большинство жителей сидело в подвалах своих домов, и мы в том числе. А около театра точка сбора была определена для тех, кто хотел уехать. На служебный вход прилетели снаряды еще за три дня до того, как театр разбомбили, и многие люди уже тогда стали уезжать. Позже шла молва о том, что в этих стенах было полторы тысячи жителей, потом – несколько сотен… В действительности гораздо меньше.

И.С.: Эта цифра до сей поры не окончательная, и сколько людей погибло, тоже пока не установлено.

– Уезжали, конечно, и сотрудники театра, и артисты?

С.М.: Да! Из штата в 37 человек нас осталось к маю пятеро. Разъехались люди по миру: не только в украинские города, но и в Италию, Испанию, Францию… Я спросил дочь, не хочет ли она уехать за границу, но она сказала: «Я вас не брошу, в театре останусь». Моя дочь – актриса. Вот вы видели: мы с ней в «Медведе» любовь играли! А куда деваться, выбора пока нет, основной состав труппы – студенты. Замахнулись на Чехова, я и поставил спектакль, и играю в нем. Сложно это, поскольку должен быть у режиссера взгляд со стороны, однако оставался только такой вариант.

– Как жили те, кто не уехал? Пострадал ли кто-то из них?

С.М.: Да, трое погибли под бомбежками. Были и травмы, и увечья. Водитель наш на костылях ходил, сейчас восстановился.

– Когда театр разбомбили, надо же было артистам чем-то другим на жизнь зарабатывать.

С.М.: Ох, о работе и не думали. Главное – как семью спасти. Но месяца через полтора-два уже обстановка поменялась.

И.С.: Действительно, всего месяца полтора люди были без работы. Потом министерство культуры нам выделило деньги из бюджета. Звучит вроде неправдоподобно, но театру на зарплату средства дали в первую очередь, а следом – детским садам и школам.

С.М: Даже не представляю, как Игорю Петровичу удалось за такой короткий срок добыть эти деньги! Но мы сразу приступили к репетициям. Где? Да где придется! Например, в филармонии. Это здание уцелело.

– И спектакли давали? Если да, то где, на какой площадке?

С.М.: Во дворце пионеров. Там стекла повыбиты были, ветер гулял, люди в пальто сидели, но приходили! Сейчас дворец на ремонте стоит, и мы работаем в основном на выезде. В телефонном режиме нашли по белу свету своих. Радовались, что все живы. Потихоньку они возвращаться стали. Теперь нас 27! И балет, и оркестр собрали.

– Как приходилось входить в привычную рабочую колею после пережитого стресса?

С.М.: Так работа и есть главное средство лечения! У кого-то крышу дома снарядом повредило, у кого-то весь дом разрушен… Только в работе и найдешь отдых от всего этого….

– Как решаются проблемы с жильем для тех, кто лишился его?

И.С.: Сейчас построенные дома вводят в эксплуатацию, и вскоре начнется заселение. Один человек из нашего театра уже получил ордер. Масштабное строительство в городе ведут санкт-петербургские фирмы: ночью ставят прожектора и работают круглосуточно.

– Кто занимается поиском пропавших людей? Кстати, сколько жителей в городе сегодня?

И.С.: На сегодняшний день – 300 тысяч, а было около 700 тысяч. Поиском пропавших занимается министерство внутренних дел. Вообще все городские структуры работают.

– Насколько я понимаю, процесс формирования труппы продолжается?

И.С.: Конечно. Недавно я взял двух студентов во вспомогательный состав.

– Я смотрю: у вас нет возрастных артистов. Даже Мерчуткину в «Юбилее» (у Чехова это «старуха в салопе») играет совсем молодая актриса.

С.М.: Есть одна актриса с опытом, но она с нами не приехала.

– Поскольку вы вернулись к творческой жизни, то и репертуар на ближайшее будущее намечен?

С.М.: Да, идут репетиции «Старшего сына» Александра Вампилова. В плане – «Божьи одуванчики» Андрея Иванова, «Месье Амилькар платит» Ива Жамиака, моноспектакли по «Василию Теркину» Александра Твардовского и «Мастеру и Маргарите» Михаила Булгакова, «Чай с мятой или с лимоном» Даниеля Наварро. Хотелось бы осуществить постановку мюзикла «Дубровский»…

Ну, что теперь скажешь о крылатом выражении? Видимо, все-таки музы не молчат никогда.