Сразу после появления в «НВ» публикации «Как украли Мирона» (в номере за 26 октября 2010 года) и нашего обращения в облпрокуратуру резкий поворот произошел в деле о попытке похищения двухлетнего Мирона Пучиняна. В той корреспонденции подчеркивалось: поначалу стражи порядка почему-то очень уж облегченно отнеслись к ЧП.

— Обвинительное заключение по этому уголовному делу утверждено, материалы уже направлены в суд, — сообщил корреспонденту «НВ» старший следователь прокуратуры Пролетарского района Ростова А.Москаленко.

— А мера пресечения обвиняемому выбрана какая? — уточняю я. — Подписка о невыезде?

— Нет, — отвечает Андрей Анатольевич. — Он задержан и находится под стражей. Ему предъявлено обвинение по ст.126 ч.2 — похищение человека…

…Сентябрьским вечером малыш вместе с родителями вышел с автовокзала на проспекте Шолохова. Все трое остановились на тротуаре, поджидая такси. Мальчик, оторвавшись от папиной руки, склонился над цветочной клумбой. Как вдруг проходивший мимо пьяный мужик резко дернул его вверх за капюшон, схватил и, сломя голову, помчался в сторону переулка Кривошлыкского с ребенком наперевес. Отец, услышав крик Мирона, рванулся следом. Сумел догнать и схватить сзади похитителя — ребенок выпал у того из рук и кубарем скатился на землю. Их окружили прохожие, кто-то уже позвонил по «02». Прибывшие сотрудники отдела милиции № 7 (Пролетарского района) погрузили мужика с собой в машину и увезли. Опросили его. Водворили на ночь в камеру. А наутро выпустили, не усмотрев в его действиях состава преступления. Об этом сказано в вынесенном постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела.

— Мы испытали шок, — говорит Галина Давыдова, мать мальчика. — Были уверены в том, что такое не могут спустить на тормозах, думали, что нас, напротив, затаскают по инстанциям. Ведь это же ре-бе-нок, а не вырванный из рук сотовый телефон. Что было у того типа на уме, зачем хотел украсть Мирона? Со всех сторон сейчас твердят об участившихся преступлениях в отношении детей, расплодившихся педофилах, призывают быть бдительнее. А в нашем случае — все наоборот: мы сами передали похитителя в руки милиции, а его отпустили с миром, объясняя это тем, что, мол, преступные же действия не были доведены до конца, — трудно будет доказать злой умысел. Ужасно! Получается, надо было, чтобы случилось самое страшное, — тогда бы зашевелились?

…КОРРЕСПОНДЕНТ «НВ» сразу же связалась с Ириной Александровной Черкасовой, недавно ставшей Уполномоченным по правам ребенка в Ростовской области. А тогда, в октябре, она еще продолжала работать в облпрокуратуре начальником отдела по надзору за соблюдением законов в отношении несовершеннолетних. Среагировала на ЧП с двухлетним Мироном Пучиняном очень серьезно.

— Ирина Александровна сама обратилась в Пролетарскую прокуратуру, — рассказывает Галина. — Видно, разговор у нее там был жесткий, потому что мне тут же позвонил оттуда следователь и пригласил на беседу. Вскоре возбудили уголовное дело. Состоялся выезд на место происшествия, прошла очная ставка с задержанным. Вел он себя при этом вызывающе, нес что-то несусветное: мол, «мне надоело слушать этот бред, отведите меня назад в камеру, я еще буду на вас писать, добьюсь своего» и т.д.

Примерно тогда же, вспоминает Галина, к ней стала названивать мать задержанного похитителя, неизвестно как узнавшая номер ее сотового. Жаловалась, плакалась, давила на психику и… настойчиво уговаривала Галину забрать заявление.

— Да вы что?! — возмущалась она. — Отдаете себе отчет, какой удар психике моего ребенка был нанесен?!

Кстати, задержанный похититель еще во время первого опроса сообщил, что его мать была лишена в отношении него родительских прав, из-за чего ему, дескать, пришлось воспитываться в детских домах.

 …А НА ДНЯХ в редакцию «НВ» пришел ответ на публикацию «Как украли Мирона», подписанный и.о. начальника УВД Ростова полковника милиции С.Симоньянцем. Он сообщил о проведенной по изложенным в статье фактам служебной проверке, направлении собранных материалов в следственный отдел по Пролетарскому району Ростова Следственного управления СК РФ по Ростовской области, возбуждении в отношении подозреваемого уголовного дела по 126-й статье: «Похищение человека, заведомо несовершеннолетнего»…

Ирина Александровна Черкасова, с которой я теперь беседую уже как с Уполномоченным по правам ребенка в Ростовской области, дает свой комментарий:

— Уголовное дело возбуждено — и это самое главное. Пройти мимо такой ситуации, оставить все без последствий было бы недопустимо. Зло­умышленника и ему подобных это утвердило бы в мысли, что можно, оказывается, совершать противоправные действия даже в отношении ребенка — и это сойдет с рук, не получит негативной оценки в обществе. Нельзя давать повод так думать. Люди должны четко знать, что, во-первых, — за причиненное зло придется нести неотвратимое наказание; во-вторых, — никому не позволено нарушать чьи бы то ни было права, совершать какие бы то ни было насильственные действия; и, в-третьих, — надо быть бдительными, внимательными, приходить на помощь. Не только родители — детям, но и все мы — друг к другу.

— Уголовное расследование попытки похищения ребенка уже само по себе — назидательный факт, — завершила И.Черкасова. — Урок — чтоб другим неповадно было. И чтоб спокойнее люди себя ощущали, верили в свою защищенность средствами закона. А какая мера наказания для обвиняемого будет избрана, это уже решать суду…

По словам Галины, маленький Мирон даже сейчас, спустя четыре месяца, все еще не отошел от стресса. Не спит по ночам, вскрикивает, плачет. Боится оставаться один без мамы или папы даже на минуту. И даже в комнате. Не говоря уж об улице. Его отец, преследуя похитителя, сильно повредил руку — получил открытый перелом. Долго оставался в гипсе, лишился работы…

А рука продолжает болеть, и все еще не совсем работоспособна…

Так что последствия случившегося в сентябре сказываются на семье до сих пор.

Фото из семейного альбома