Суд приговорил мамашу-детоубийцу из Шолоховского района к десяти месяцам колонии-поселения.

Елене Сироте всего 23 года, но она уже многодетная мать: трое её старших детей находятся в домах ребёнка и других детских учреждениях, куда помещают сирот при живых родителях. А она сама уже давно числится в областной базе данных неблагополучных семей. Но даже это обстоятельство не спасло от смерти её новорожденного сына: мальчик родился в июле 2015 года, а умер в сентябре того же года. Вскрытие показало, что причиной смерти стала болезнь легких в сочетании с алкогольной интоксикацией: мать систематически добавляла в молочную смесь водку, чтобы малыш всё время спал.

Следственным комитетом было возбуждено уголовное дело по п.1 ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности». Эта статья предусматривает наказание исправительными работами на срок до двух лет, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок. Однако Сирота написала явку с повинной и согласилась на рассмотрение дела в особом порядке, за что по российскому законодательству полагается смягчение наказания. В итоге прокурор попросил назначить подсудимой год лишения свободы, однако судья Сергей Романов учёл ещё одно смягчающее обстоятельство – Елена совершила преступление впервые, и вынес приговор: 10 месяцев лишения свободы в колонии-поселении.

Эта новость, появившаяся на информационных порталах и в соцсетях вызвала бурю негодования. Иначе и быть не могло: если представить (чисто гипотетически, для сравнения тяжести преступлений и наказаний за них) другую ситуацию: не мать подливала в молоко водку – яд для месячного ребёнка, а кто-нибудь из жильцов коммунальной квартиры подсыпал соседке настоящий яд в смертельной дозе. Будет ли это квалифицировано как«убийство по неосторожности»?

– Нет, – ответил на этот вопрос государственный обвинитель по делу Елены Сироты Евгений Дергачёв, – это было бы убийство, другая статья уголовного кодекса. Но прокуратура выносит обвинительное заключение согласно статье, по которой велось расследование. Квалифицирует же преступление по той или иной статье Уголовного кодекса Следственный комитет РФ, это его компетенция.

Есть и ещё один серьёзный вопрос: сделали ли всё возможное для предотвращения трагедии органы опеки? Заведующая отделом опеки и попечительства Шолоховского района Анжелика Полумеева категорически отказалась отвечать на этот вопрос. «Идёт расследование уголовного дела, и поэтому мы не даём никаких комментариев!» – заявила Анжелика Николаевна. Видимо, она не в курсе, что расследование закончено, и их подопечной уже вынесен приговор. Такой же мягкий приговор, как во всех остальных судебных процессах, где слушались уголовные дела других матерей, издевавшихся над своими детьми. Об этом неоднократно писало «НВ».

Так что взрыв возмущения вполне закономерен. Это как раз тот случай, когда все остальные люди, не юристы и не законодатели, не могут согласиться с таким вот применением «тяжких» и «нетяжких» статей нашего российского Уголовного кодекса…