По следам ушедшей жизни

Из-за обмеления Цимлянского моря словно вынырнули из-под воды многие населенные пункты, затопленные в 50-е годы рукотворным морем при строительстве гидроузла. Станица Гугнинская — малая родина именитых царских генералов Якова Петровича Бакланова и Ивана Ефремовича Ефремова. Последний после службы вернулся сюда доживать свой век, и здесь же был погребен. У его дома была вековая дубовая роща. Пни тех дубов стайкой теперь стоят на ровном дне, усыпанном морскими ракушками. Во многих местах дубовые корни буквально увешаны рваными неводами и капроновыми китайскими сетями браконьеров. Как, кстати, и многие камни машинно-тракторных мастерских, мельницы, молзавода, клуба, магазина…

Поразил бетонный памятник на могиле жены станичного атамана Ирины Алексеевны Кузнецовой, умершей в 1910 году. Он очень хорошо сохранился, как и надпись на нем: «Мир праху твоему, дорогая жена». Рядом на территории кладбища валялись людские кости и черепа, вымытые водой…

По пням и камням узнал свое подворье житель города Шахты Михаил Николаевич Кабанов. Он специально приехал сюда, чтобы увидеть свою малую родину и навестить свою дочь, учительницу Новоцимлянской средней школы Ольгу Михайловну Ткачеву. Опустился Михаил Николаевич на колени на своем бывшем подворье, помолился на все четыре стороны и заплакал…

Моим гидом был старожил станицы Новоцимлянской, местный краевед Алексей Александрович Константинов. Он хотя и смутно, но помнит то переселение. Плакали люди, ревела скотина, которая тоже не хотела уходить с родных насиженных мест. Лишь кошки остались тогда в станице, облюбовав высокий песчаный косогор. Они обзавелись даже потомством. Но вода сначала обошла это возвышенное место, а потом поглотила косогор вместе с кошачьей колонией…

Почему же сегодня мелеет море? Да, приток воды с Дона действенно уменьшился. Но разве только в этом причина? Ведь по притоку должен быть и расход. И раньше за этим тщательно следили все контролирующие службы. А что сейчас?! Цимлянская ГЭС стала частной. На первом плане у этого хозяина — выработка электроэнергии. Так что турбины здесь работают на полную мощь, а для этого требуется вода. Как требуется она и для Волго-Донского судоходного канала, который пропускает караваны большегрузных барж. Они взмучивают воду, выбрасывая в нее все свои нечистоты, потому что ни в Волгодонском порту, ни на море нет передвижных ассенизаторских кораблей, которые бы отсасывали с барж и утилизировали нечистоты. А специалисты говорят, что именно они и являются рассадником сине-зеленых водорослей.

На хозрасчете и оросительный канал. Больше пропустят воды на засушливые поля — больше денег получают. И снова на первом плане прибыль, а проблемы моря, его умирающие флора и фауна… Ведь это наше общее достояние, а значит — ничье.

От безводья осушились нерестилища, катастрофически упали рыбные запасы, ухудшилась экология, практически непитьевой стала вода. Но, к сожалению, это никого не волнует, как не волнует и то, что из-под воды продолжают выныривать некогда затопленные станицы и хутора. Вслед за Гугнинской из-под воды показались Колотовка, хутора Ремизов, Богатырев, Позднячка. Уровень воды подходит к критической отметке — 31 метр вместо 36. Что будет дальше? Никто не знает.

Николай СИВАШОВ
Фото автора