В разворачивающихся сегодня на Юго-Востоке Украины событиях обсуждают главным образом политическую составляющую. Оно и понятно: что-то большее увидится на расстоянии, по прошествии времени. Я веду речь об Азовском море и состоянии его рыбных запасов. Казалось бы, какая связь? Попробуем разобраться.

Во времена СССР, когда все побережье и акватория Азовского моря находились на территории одного государства, специализированные НИИ, контролировавшие состояние рыбных запасов, подразделения рыбоохраны РСФСР и Украины, все промысловые предприятия работали заодно. Да, это не всегда способствовало сохранению биологических ресурсов Азовского моря, потому что планы брежневской продовольственной программы были завышенными и рыболовецкие хозяйства вели интенсивный отлов рыбы.

Но все же работала отлаженная система взаимодействия структур, имеющих отношение к рыбному промыслу и восстановлению запасов Азовского моря. В начале 90-х годов, когда Украина стала независимым государством, эта система развалилась, и началось то, что некоторые специалисты (кстати, украинские) назвали «дикой вакханалией, сопровождавшейся самым настоящим разгромом и хищническим истреблением ценных пород рыб».

Браконьерство, конечно, выросло тогда повсюду — и вдоль украинского, и вдоль российского побережья. Но на Украине оно приняло поистине циклопические масштабы и быстро попало под контроль мафиозных структур. Вот что рассказывает свидетель тех событий, старший научный сотрудник украинского ­ЮгНИРО Владимир Коркош (ему довелось тогда работать наблюдателем в рыболовецких хозяйствах).

Под «крышей» мафиозных структур в акватории Азовского моря действовали целые бригады браконьеров. Их оснащали отличными катерами, американскими и японскими моторами мощностью свыше 100 л.с., специальной навигационной аппаратурой. Коррупция в украинских правоохранительных, рыбоохранных и даже научных структурах, призванных защищать и контролировать рыбные запасы, по его мнению, тогда достигла невиданных масштабов. Как вспоминает Владимир Коркош (цитирую): «Под бандитскую «крышу» попали даже рыболовецкие бригады и сейнеры, ведущие научный облов для мониторинга численности осетровых рыб».

Угрожая научным сотрудникам и их семьям, бандиты требовали на порядок увеличивать число выставляемых орудий лова и под прикрытием науки изымали из моря рыбу в количестве, которое в несколько раз превышало установленные нормы.

Это только один из эпизодов, а в сущности все прибрежные воды и нерестовые пути на украинской территории Азовского моря были переплетены браконьерскими сетями. Использовались самые варварские орудия – аханы, или, как их еще называют — жаберные сети. По данным украинских и российских исследователей, количество регулярно выставлявшихся в Азовском море жаберных сетей достигало 40 тысяч штук. В результате за 90-е годы XX века и десятые годы XXI века количество ценных пород рыбы уменьшилось в разы. Вот данные из научных источников: общая численность осетра в 1988 году достигала 14 миллионов 120 тысяч экземпляров, а в 2007 году — всего лишь 208 тысяч экземпляров, или 1,5 процента от численности 1988 года! А что говорить о частиковых и проходных видах рыб — леще, чехони, тарани, судаке, рыбце, шемае! По свидетельству специалистов, как российских, так и украинских, состояние этих пород сегодня оценивается как депрессивное, и количество особей как минимум не растет.

Проблема в том, что после ухода Украины в независимое плавание она так и не смогла наладить жесткий контроль в Азовском море, не сумела остановить промысловый беспредел, который уже второе десятилетие творится в ее территориальных водах. А Россия к такому контролю если и допускается, то очень ограниченно. Повлиять на ситуацию в украинской акватории Азовского моря с достаточной эффективностью мы не можем. Но это жизненно необходимо: северо-западная и юго-западная части Азовского моря чрезвычайно важны для воспроизводства рыбы во всем Приазовье — здесь находятся места зимовья, отсюда рыба идет на нерест в Таганрогский залив, Дон, Кубань.

И вот, кажется, в начале второго десятилетия XXI века между Россией и Украиной наметился диалог о совместных действиях по защите азовских биоресурсов. Но во что он вылился? Характерный обмен мнениями состоялся в сентябре 2013 года в Ростове-на-Дону, на встрече экспертов российско-украинской комиссии по вопросам рыболовства в Азовском море. Российская сторона высказала мнение, что на Украине отлов для научных целей, по сути дела, превратился в полномасштабный промысел. В 2013 году разрешения на такой отлов получили ни много ни мало 44 судна. По мнению российской стороны, объемы научного вылова сопоставимы с промышленными и научными целями только прикрываются. Однако украинская сторона парировала эти обвинения: дескать, не надо опираться на непроверенные данные СМИ, и вообще с рыбой в украинских водах не все так плохо.

В последние годы в украинской прессе опубликован целый ряд материалов, содержание которых, скажем так, весьма благодушное. Дескать, ничего такого катастрофического с рыбными запасами в Азовском море не происходит, а количество некоторых пород — хамсы, сельди и бычка — даже увеличивается. Вот, например, ихтиолог мариупольского территориального отдела «Азовгосрыбохраны» Светлана Чекменева сообщает СМИ: говорить о том, что в Азовском море рыбы нет, нельзя. И приводит данные, что промысловый запас бычка оценен в 34 тысячи тонн в 2012 году, а это в два раза больше, чем в году предыдущем. И дано «добро» на промышленный отлов 100 тысяч тонн хамсы, 70 тысяч тонн тюльки, потому что рыбы стало больше. С таким оптимистическим взглядом перекликается интервью директора украинского научно-исследовательского института Азовского моря Леонида Изергина, оно так и озаглавлено: «Всем заявляющим, что рыбы нет, отвечаю — сходите на рынок!» Остается только добавить: «И посмотрите, сколько рыбы изъяли из моря наши украинские браконьеры и добытчики!».

Проблема даже не в необоснованном оптимизме, она лежит глубже. Экономическое положение Украины, как известно, далеко не самое лучшее. А кормить население нужно. И есть большое подозрение, что имеет место негласное попустительство к неограниченному вылову в Азовском море. Под эту сурдинку идут долгие переговоры между Россией и Украиной о совместной защите рыбных ресурсов. Россия на своих донских и кубанских рыборазводных заводах выращивает миллиарды молоди осетра, леща, сазана и выпускает молодь в море. А украинские промысловики подросшую рыбу отлавливают, чтобы она в изобилии (что так радует директора украинского рыбного института) лежала на прилавках. Хотя даже на Украине многие серьезные ученые и промысловики говорят: в Азовском море пора полностью остановить лов хотя бы на 10 лет, чтобы спасти рыбные запасы.

Боюсь, что пока побережье и акватория Азовского моря будут принадлежать двум государствам со столь разными подходами, мы рыбные запасы не защитим и не приумножим. Не хочется вмешиваться в политику, но сегодня, когда на Юго-Востоке Украины идут известные процессы, на карту поставлена не только геополитика. Но и судьба азовской рыбы тоже.