Новочеркасск. Роща «Красная весна», широко известная в Ростовской области по массовым выступлениям горожан против вырубки в ней деревьев. Жители казачьей столицы активно протестуют, невзирая на то, что намерения-то у властей благие — всего лишь построить в роще два детских сада, которых так не хватает в городе. Но почему добро надо непременно уравновесить злом, недоумевают горожане.

Выступления начались еще осенью прошлого года, когда жители узнали о планах местной администрации по строительству в роще детских садов. Стоит напомнить, что роща «Красная весна», известная старожилам еще со стародавних времен как Краснокутская, пожалуй, единственный в городе зеленый островок. Для степного города это подарок. Особенно на фоне экологической ситуации в Новочеркасске. Он — единственный город на Дону, где автомобильные загрязнения атмосферы уступают стационарным — от местных предприятий теплоэнергетики, цветной металлургии, нефтехимии, производств стройматериалов и пищевых продуктов. Выбросы этих объектов составляют примерно 94 % загрязнений воздуха. О состоянии атмосферы красноречиво говорит и тот факт, что маленький Новочеркасск ежегодно входит в списки экологически самых неблагополучных городов страны.

P1070953.jpg

На этом фоне начать рубку деревьев в единственной городской роще означало пойти против здравого смысла и навлечь на себя гнев общества, какими бы благими намерениями это ни было продиктовано.

Так и случилось — как только завизжали пилы гастарбайтеров, нанятых для валки деревьев, в роще появились протестующие. Жители Новочеркасска утверждали, что мэрия шантажирует их дефицитом мест в детских садах, и возмущались так, что скандал получил широкую огласку.

P1070954.jpg

В попытках защитить деревья от рубки люди обвязывали их георгиевскими ленточками (дело было накануне Дня Победы), устраивали вокруг деревьев настоящие «бастионы», окружая их стволами уже павших «товарищей», пикетировали место рубки. И на время наступило затишье...

«НВ» решило узнать, на какой точке находится ситуация сегодня.

Хотели получить информацию, что называется, из первых рук. Однако все попытки договориться о встрече с кем-то из представителей администрации Новочеркасска и получить комментарии закончились неудачей. Из приемной мэра нас перенаправили к заму Юрию Лысенко, он посоветовал обратиться к другому заму — Виктору Синюгину. Дальше нас послали к Вячеславу Кудре, курирующему строительство. Похоже, именно он смог бы наиболее полно и обстоятельно ответить на наши вопросы. Но он был занят, секретарь попросила оставить телефон редакции и обещала перезвонить... На этом все и заглохло.

Кстати, с похожей ситуацией наш корреспондент столкнулся в мэрии Новочеркасска буквально на следующий день, но уже по другому поводу, когда попытался отметить в городской администрации командировку.

Нас, не пустив дальше проходной, точно так же — теперь уже по внутреннему телефону — «футболили» из отдела в отдел, пока мы не застряли надолго в общем отделе — в ожидании заведующей, которая так и не появилась...

...Место вырубки мы нашли с трудом, предварительно исколесив на автомобиле по грунтовым дорожкам буквально всю рощу – запыленную, запущенную донельзя, заросшую подлеском, заваленную буреломом... Видели там действующий туберкулезный санаторий с облысевшими от старости соснами.... В одном из углов рощи притаилось забытое кладбище, где хоронили в 1943 году умерших от ран союзников Гитлера, румынских солдат... Если честно, роща — место малоприятное, требующее расчистки и ухода. По тропинкам то и дело снуют туда-сюда какие-то малопонятные личности. «А что в них непонятного? — откровенно удивились жители окрестных домов. — Наркоши они и есть наркоши...»

Место вырубки — в нескольких десятках метрах от Баклановского проспекта, куда ведет узкая тропа. Стволы деревьев слева и справа испещрены цифрами, нанесенными белой краской, – так обозначены деревья, предназначенные под снос. Судя по всему, число их переваливает за тысячу... Вырубленная поляна покрыта густой порослью от пней и мощными кустами — выше человеческого роста — очень похожими на амброзию. Кругом – тишина и запустение. Что это — конец инициативе мэрии или всего лишь пауза? Вот когда бы пригодились разъяснения от зама по строительству! Увы...

Ответы на наши вопросы мы неожиданно получили вместе с информацией о совещании, которое на днях провел министр природных ресурсов и экологии Геннадий Урбан, где речь шла и о ситуации с вырубкой в «Красной весне». Оказалось, что проектно-сметная документация для строительства двух детских садов на 220 и 160 мест разработана и получила положительное заключение госэкспертизы.

Вынужденная пауза связана с поисками мэрией компромисса. Предложено сократить число деревьев, попадающих под снос в «Красной весне», — с 1500 до 600 — непосредственно в зоне предполагаемого строительства зданий детских садов, тротуаров и подъездных путей к ним.

Взамен снесенных деревьев мэрия предполагает посадить новые с превышением их числа на 30 %. Это значит, что в другом микрорайоне появится 778 (почему не 800?) новых зеленых насаждений. Надо полагать, именно деревьев, а не кустарников.

Подобные «зеленые» компромиссы всегда вызывают неоднозначную оценку. Снести собираются взрослые деревья, чей возраст исчисляется несколькими десятилетиями. Наверное, и без подсчетов понятно, какие у них обширные зеленые кроны и какое количество кислорода они выделяют в нездоровую атмосферу Новочеркасска ежедневно. Взамен же вырубленных великанов посадят тоненькие прутики, которым для начала предстоит еще выжить, поскольку для любого дерева широколиственных лесов жизнь на Дону с его засухами — суровое испытание. А если молодые саженцы и приживутся, то сколько десятилетий нужно ждать, пока их кроны сравняются с теми, что сегодня идут под топор? Неравноценный «обмен»....

Тем не менее до 15 августа Новочеркасская мэрия должна разработать план проведения работ по компенсационному озеленению с указанием сроков проведения. По мнению министра Г. Урбана, это позволит снизить социальную напряженность и сохранить озеленение промышленного города.

Что же касается самих жителей микрорайона Черемушки, для детей которых, собственно говоря, и затевается строительство, то их мнение остается прежним. «Детские сады, конечно, нужны! — соглашались они в разговоре с нами. — Но разве чистый воздух менее важен? А нельзя ли и рощу сохранить, и детские сады построить? Мы хотим и то, и другое».

Действительно, почему если строить детский сад, то непременно за счет вырубки рощи? Другого варианта нет?