Для поисковиков известная фраза генералиссимуса Суворова не просто красивые слова — руководство к действию. На полях вблизи реки Миус до сих пор покоятся непогребенными тысячи воинов, погибших за годы сражений на Миус-фронте.

«Восточная граница Третьего рейха» тянулась от Азовского моря через три района Ростовской области и дальше, на Украину — более 150 километров непрекращающихся боев. По предварительным данным, с 1941 по 1943 годы здесь погибли сотни тысяч (!) воинов, почти половина из них до сих пор значится как пропавшие без вести …

«Кровь и слава Миуса – осень 2012» — межрегиональная вахта памяти, в которой принимают участие сотни поисковиков со всей России. Сейчас лагерь разбили близ села Ряженое Матвеево-Курганского района. Здесь и ростовские студенты, и астраханские археологи, ребята из Мордовии, Тамбова, Краснодарского края. За несколько дней своей работы они обнаружили останки тридцати погибших солдат. Имена некоторых из найденных удалось установить прямо на месте: по солдатским медальонам и подписанной ложке.

Название вахтам дала книга «Кровь и слава Миуса»: пока единственная, где собраны все архивные документы по сражениям на Миус-фронте. С помощью администрации Матвеево-Курганского района книга переиздавалась дважды, но и сейчас она уже неполная: каждая вахта открывает все новые подробности трехлетней битвы.

По словам руководителей вахты, активные поисковые работы в Ростовской области начались с 1995 года. До этого считалось — в области нет болот и лесов, поэтому останки не могут быть брошены, они все захоронены. Пахотные земли — как можно? Разрешение на полномасштабные работы было получено лишь после демонстрации архивных документов на как минимум две тысячи оставленных на поле боя советских солдат. Первые же раскопки показали: масштабы трагедии — больше в сотни раз.

Зона поиска павших — почти весь Матвеево-Курганский, Никлиновский и Куйбышевский районы: ход боевых действий на Миусе изучен очень поверхностно и подробной карты боев до сих пор нет. Раньше и раскопки проводились «точечно»: ориентировались по местности или словам местных жителей.

— Последние года четыре работаем по квадратам, иначе приходится возвращаться в одни и те же места, — поясняет Владимир Кириллович Щербанов, председатель ростовского областного поискового клуба «Память Поиск». — Мы только закончили обследование первой линии обороны фашистов. Теперь вторая, более укрепленная. Боев здесь явно шло больше — большой настрел: много гильз, металла…

В этот раз поиски ведутся на краю фермерского поля. План работы нынешней вахты — пять квадратных километров — ребята обходят шаг за шагом, а то и по нескольку раз. Основная работа поисковика: найти хотя бы возможное место, где может оказаться «след войны». В основном с помощью металлоискателя обходят метр за метром и, едва уловят сигнал, начинают копать. Часто — вхолостую: сигнал может дать крупный осколок снаряда или даже металлическая вешалка для мундира, что нашли на наших глазах поисковики в одной из раскопок. И тут же принялись расчищать яму дальше — по всей видимости, здесь находилась траншея. А значит, кроме гильз и осколков, могут находиться тела. Копать могут до двух метров глубиной, ориентируясь не на количество выброшенных лопат с землей, а исключительно на плотность грунта: даже спустя 70 лет можно определить стенки и пол траншеи и расчистить ее до конца. Ищут и с помощью щупа, а опытные поисковики могут даже на глаз обнаружить бывшие окопы или воронки. Ведь именно там чаще всего и находятся павшие воины.

— Их стаскивали в ямы и присыпали в перерывах между боями. Или уже потом местные жители, — пояснил один из поисковиков. Увидев округлившиеся глаза журналистов, добавил: — Землю нужно было срочно распахивать — не до похорон тогда было, надо живых кормить…

Так и получилось, что в воронках, окопах и траншеях до сих пор покоятся даже не сотни — тысячи бойцов с обеих сторон. на наших глазах ребята из отряда ростовских судебных приставов наткнулись на останки воина, можно даже сказать, погребенного. Солдат лежал на глубине полутора метров в продолговатой яме (видимо, окоп), вытянувшись в полный рост, обутый (что редкость), руки скрещены, на груди — несколько осколков брони (от пулемета — определили поисковики) и граната без запала. То ли — от мародеров, то ли знак…

В полукилометре от этой раскопки астраханские парни бережно извлекают тела еще двух: почти круглая, но плоская воронка от взрыва, куда явно стащили погибших. Обуви нет, каких-либо знаков отличия, остатков личных вещей — тоже.

В ста метрах от воронки — еще одна находка. Боец до последнего пытался ползти, но ноги были перебиты. А вот череп явно раздроблен плугом: воина нашли буквально в сорока сантиметрах под грунтом, над его телом десятки лет всходила рожь. Прибывшему на вахту памяти замгубернатору РО Вадиму Артёмову тамбовские поисковики поясняют: «Моряк» — такое предположение они делают по найденной пряжке. Буквально тут же обнаруживают еще одну находку — дно железной кружки. На ней — символы ростовского завода-изготовителя… Может, кто-то из местных ребят? Это тоже маленькая зацепочка для опознания погибшего. Солдатского медальона пока не нашли, есть шанс, что с обратной стороны кружки воин нацарапал хотя бы свои инициалы.

Идентифицировать личность — особенно здесь — крайне сложно. Это одна из тех позиций, где фронт стоял практически «мертвой точкой», не раз переходя из рук в руки. Иногда бывает сложно вообще понять, к какому периоду сражений относится находка, иногда — даже к чьей стороне принадлежал погибший. Медальоны солдаты подписывали редко — это считалось дурной приметой, особенно в некадровых сборных ротах. Но в бой воины брали с собой вещмешок: сухпаек на сутки и личные вещи — кто знал, где закончится этот день? По ним сейчас и пытаются определить личность погибшего. Но и то — приблизительно: у бойцов могли находиться трофейные вещи, поисковики как-то обнаружили немца с котелком производства ростовского завода, а нашего солдата в немецкой обуви. Их могли обобрать уже погибшими, перетаскивая тела. Или во время уже современных «изысканий».

Возмутительные случаи с нелегальными раскопками ради «артефактов» из вещмешков сражавшихся во время Великой Отечественной войны особенно болезненны для районов области, где проходил Миус-фронт. Но в этом году таких «историй» уже не было — сыграл свою роль принятый весной этого года областной закон о деятельности поисковых отрядов.

— Этот закон позволит организовать и курировать работу поисковых отрядов. Он же оградит от тех безобразий, которые были выявлены в прошлые года, — пояснил замгубернатора Вадим Артемов. — Официальные же поисковые отряды получат помощь и поддержку на областном уровне: в ближайшее время будет решен вопрос об их финансировании.

За тридцать лет работы поисковых клубов в нашей области были найдены почти 10 тысяч воинов Красной армии, полторы тысячи из них — опознаны. Найденные за эту вахту памяти останки воинов в течение 2­3 недель будут перезахоронены. По словам главы Матвеево­Курганского района Александра Рудковского, чаще всего братские могилы организуются в том месте, где были найдены погибшие: обнаруженных во время этой вахты с почестями похоронят на кладбище села Ряженое. Опознанных воинов не будут хоронить до тех пор, пока есть надежда связаться с родственниками.

… Вырытые же ямы поисковики нанесут на карты и засыплют землей. Весной здесь снова взойдет рожь.

P.S. При написании данного материала внезапно выяснилось, что точное количество не то что погибших — участников сражений на Миус­фронте до сих пор неизвестно. Специалисты пояснили: значение прорыва на Миус­фронте в свое время «затмил» успех Красной армии на Курской дуге, потом было стремительное наступление советских войск…

Так получается, что истинные масштабы битв при Миусе раскрываются только сейчас, в наши дни. Но спустя 70 лет даже в архивах Министерства обороны РФ точную статистику подвести не могут: ряды бойцов с обеих сторон постоянно, иногда бессистемно, пополнялись. Поэтому сейчас подсчет идет, ориентируясь на косвенные данные. Например, только в начале 90­х из рассекреченных трофейных фашистских архивов историкам стало известно, что в 43­м сюда были оттянуты с Курской дуги (накануне решающего прорыва!) три элитные фашистские СС­дивизии. Этим, к слову, и обуславливается особый интерес «черных копателей» к местам миусских сражений. К сожалению, пока этот интерес к «артефактам» сильнее интереса специалистов к одному из решающих в ходе Великой Отечественной войны сражению…