24 марта — памятная в новейшей истории дата. В этот день 14 лет назад началась агрессия военного блока НАТО против суверенной европейской страны — Югославии (федеративного объединения Сербии и Черногории).

Разрушение большой Югославии в начале 90–х годов прошлого века привело к военным конфликтам между бывшими гражданами этой страны. По одну сторону баррикад оказались православные сербы, по другую — мусульмане  боснийцы, хорваты, косовские албанцы. Военно–политическая структура НАТО с начала конфликта была на стороне сербских противников. Увы, агрессия против сербов до сих пор продолжается, только в «менее жестких» формах.

Когда военных преступников, приговоренных к длительным срокам заключения, «вдруг» выпускают на все четыре стороны из европейской тюрьмы, это не какая–либо случайность или недоразумение. Именно такое  произошло в конце прошлого года, когда из Нидерландов домой в Хорватию были отпущены генералы Готовина и Маркач, всего годом ранее осужденные Международным трибуналом по бывшей Югославии (МТБЮ) на 24 и 18 лет соответственно. Первоначально под суд был отдан также еще один хорватский генерал, но он вообще избежал какого–либо наказания. Этим лицам вменялись преступления на территории Республики Сербская Краина в августе 1995 года.

Мы связались с наиболее компетентным в данном вопросе человеком, который дал свой комментарий, на первый взгляд, неожиданному событию. Его зовут Саво Штрбац, он — председатель неправительственной организации Veritas, офис которой сейчас находится в Белграде. Ее цель — защита сербских интересов.

Одним из осколков бывшей Югославии стала Республика Сербская Краина (РСК), которую создали сербы в районах их компактного проживания на территории Хорватии — субъекта бывшей югославской федерации. РСК просуществовала с 1991 по 1995 год, находясь в состоянии войны собственно с Хорватией и мусульманской Боснией. В августе 1995 года регулярная хорватская армия провела операцию «Буря» и с помощью своих покровителей из военного блока НАТО уничтожила Республику Сербская Краина. Бросив свои дома, из РСК были вынуждены бежать порядка 250 тысяч человек. Мартиролог погибших в августе 1995–го сербов включает в себя целые семьи — от мала до велика.

«Веритас» и его председатель Саво Штрбац представляют сербскую сторону в расследовании военных преступлений того времени. Материалы о фактическом геноциде над сербами из РСК были объединены в 5 объемистых томов и представлены в МТБЮ.

Во время личной встречи с Саво Штрбацем в офисе «Веритаса» в Белграде (было это в 2010 году) автор этих строк «получил задание» отыскать родных погибшего на той войне героя — уроженца украинского города Донецка, русского по национальности, врача Олега Кленова. Находясь на передовой, он благодаря своему мужеству и профессиональному искусству спас множество жизней, а его имя приобрело легендарное звучание в стане сербских соратников. Они называли его просто «доктор Олег», и под таким же названием сам председатель «Веритаса» опубликовал прекрасный в литературном отношении очерк в одном из сербских журналов. Славянский герой погиб 5 августа 1995 года, подорвав себя гранатой, чтобы не попасть в плен. Его останки долгие годы находились в столице Хорватии Загребе. Нам удалось разыскать на Украине родных Кленова, которые изъявили желание забрать останки, с тем  чтобы захоронить их дома. Вопрос оказался не простым, но решаемым. Была проведена генетическая экспертиза останков — с положительным для родных результатом, создана совместная украинско–хорватская комиссия… Наконец этот признанный герой сербского сопротивления пусть «на щите», но вернулся на родину — спустя 16 лет после смерти. А сама эта история показательна как иллюстрация нелегкой, длительной работы сотрудников «Веритаса» во главе с его председателем.

Но славянских интернационалистов в армии Республики Сербская Краина все–таки было меньшинство, а сам Кленов — только один из 975. Именно столько человек до сих пор значатся в архиве «Веритаса» (в том числе 674 гражданских лица, 331 женщина) как неопознанные погибшие и невостребованные тела погибших. Когда они обретут своих родных, неизвестно. Но работа ведется по каждому. Она осложняется, в частности, тем, что власти Хорватии препятствуют эксгумации погибших в известных массовых захоронениях.

Всего с 1991 по 1995 год в маленькой Республике Сербская Краина (площадь — 17 тыс. кв. км, население — 433,6 тыс. человек) из числа сербского населения были убиты и пропали без вести 7033 человека. В их числе 1922 — во время заключительной хорватской военной операции «Буря». Военных из регулярной армии РСК здесь меньшинство, гражданских же — 1192 (62%), более половины из них старше 60 лет, 546  (28%) — женщины.

Такая трагедия, возможно, была бы «благополучно» забыта всем мировым сообществом, а виновные в ней никак не обозначены, если бы не «Веритас» и Саво Штрбац. Долгих 16 лет прошло до того момента, когда суд в Гааге наконец вынес свой вердикт — хорватские генералы виновны.

Нет нужды описывать весь тот лицемерный правовой механизм, благодаря которому военные преступники, по сути, отделались легким испугом. Разумеется, С. Штрбац не предполагал, что такое произойдет. Этот человек с европейской толерантностью и завидной силой духа двадцать лет в рабочем порядке общался с МТБЮ, его прокурорами Луиз Арбур и Карлой дель Понте, представителями хорватской юстиции, до конца верил в возможность справедливых решений. Не забывая о мертвых, он думал о живых — тех 250 тысячах сербских беженцев, лишившихся всего в одночасье. Штрбац добивался гарантий от хорватского правительства для репатриантов, но сам же констатирует: с 1996 года по нынешнее время по мотивам межэтнической розни в Хорватии погибли около 100 человек из числа возвратившихся в бывшую РСК, и эти убийства, как правило, не раскрываются.

Все эти годы председатель «Веритаса» находился «между двух огней» — под нападками хорватских националистов и сербских радикалов. Вторые считали, что контактировать с МТБЮ как «враждебной» сербам организацией недопустимо. Штрбац полагал другое, так как иного пути добиться справедливости просто не видел. Такова суть его комментария. И теперь он пишет так: «Мне с большой грустью остается признать правоту тех моих соотечественников, которые еще со дня основания Гаагского трибунала утверждали, что он, в сути своей, антисербский».

Почти одновременно с хорватскими генералами из тюрьмы был отпущен на свободу еще один преступник, косовский албанец  Харадинай. При этом подобные шаги в отношении сербов, томящихся долгие годы в тех застенках, конечно же, не планируются.

К этому, на примере решения «сербского вопроса» «цивилизованной» Европой, можно добавить: справедливость там, у них — чаще всего предмет политических спекуляций, нежели нравственная категория.