Вот и пришел вековой юбилей газеты, в которой, как и сотни журналистов области и страны, я росла в профессии, набиралась опыта, училась, училась и училась… Из 100 минувших лет газеты «Наше Время» («Комсомолец») 15 лет и зим — мои. Самые главные в жизни, самые значимые, самые яркие. Потому что время становления в жизни и профессии — это время познания мира и себя, это окрыленность, огромные надежды, по большому счету, путь совершенствования, что не забыть, не вычеркнуть из памяти, ни на что не променять.

Директор департамента по работе с органами власти России и стран Евразийского союза международного холдинга «ЕвроМедиа»
В «Комсомольце» я познала самый соблазнительный вкус — настоящей журналистики.

В «Комсомольце», в двадцать с небольшим от роду, вступила в Союз журналистов России.

В «Комсомольце» получила первую свою награду — литературную премию им. Николая Погодина.

В «Комосомльце» написала первую свою книгу.

В «Комсомольце» обрела истинных друзей, закадычную мою подругу Иру Хансиварову, всю жизнь посвятившую газете.

В «Комсомольце» я создала семью и стала мамой…

Сказать, что я благодарна газете, моим коллегам по журналистскому цеху, - не сказать ничего. Получив диплом отделения журналистики филологического факультета РГУ (ныне ЮФУ), рискнула и обратилась в «Комсомолец», в газету, которая в том 1980-м славилась масштабностью и географией тем, отменным качеством публикаций, а еще - как кузница журналистских кадров не только для региона, для всей России. А вдруг повезет? Помню тогдашний диалог с заместителем главного редактора Евгением Сухоруковым, который наряду с научным руководителем от кафедры истории журналистики РГУ Евгением Корниловым был моим руководителем от газеты по дипломной работе. Евгений Григорьевич сказал слова, ставшие путеводными: «Люби газету в себе, а не себя в газете...» и взял меня на работу. На протяжении многих лет он оставался для меня другом и наставником, образцом порядочности и чести.

Отделом комсомольской жизни, ведущим в газете, где и определилось мое место журналиста на гонораре (ставку еще заслужить нужно было!) руководила Люда Калинина, о которой каждый говорил с уважительным придыханием: звезда ростовской журналистики! Уже тогда Людмила объездила всю область, имела немало профессиональных наград, уже тогда она писала прозу, и это была недосягаемая высота.

Ее повесть «Рябиновые бусы» до сих пор помню — читали вслух, всем отделом. И каким отделом: Сережа Петрович, Саша Стариков, Саша Лезвин, Юра Беспалов, Ира Железняк…

Руку поддержки мне протянули все. Людмила Николаевна напутствовала, с улыбкой глядя, как в столовой ем манную кашу: будешь есть так мало, далеко не пойдешь, ешь больше, смотри дальше. По сей день она, профессионал с большой буквы, остается для меня родным человеком, которому можно доверить все. Саша Лезвин черкал и в прямом смысле резал ножницами мои опусы, а я кряхтела, краснела от негодования, но терпела. Училась. Саша Стариков и Сережа Петрович откровенно потешались над начинающим корреспондентом, для которого первая командировка была, что восхождение на Эверест. Все принимала за чистую монету. Слушала, что называется, с открытым ртом. Запоминала. Училась.

На планерках нас, молодняк, тоже учили, а проще - размазывали по стенке. Критика в полный рост, не взирая ни на пол, ни на, ох-ох-ох, неокрепшую нервную систему. Рыдали, но не спорили, им, мэтрам — Тамаре Фирсовой, Нине Курасовой, Константину Серову, Брониславу Берковскому, Александру Митропольскому, Людмиле Карамышевой, Сергею Васильеву — виднее. Сегодня в пояс кланяюсь моим старшим товарищам по перу. Такой школы журналистского мастерства, какая была в «Комсомольце», уверена, не сыскать. И перья, и нервы наши выдержали, окрепли. А навыки, опыт, обретенные в «Комсомольце», мне лично помогают всю жизнь.

И я горжусь тем, что могу отнести себя к плеяде «комсомольцев» во всех смыслах этого слова. Когда Людмила Калинина возглавила газету, из рук в руки передала мне отдел комсомольской жизни. Жизнь не просто кипела — била ключом! Атоммаш и Ростовская АЭС — комсомольские стройки, конечно же, не могли свершиться без нашего участия! «Комсомольский прожектор» - двигатель прогресса, выпускали с обкомом ВЛКСМ. Комсомольская учеба где-то на берегу Северского Донца: планы, задачи, итоги. Все было! Мы жили насыщенно и весело, верили в себя, светлое будущее. И работали на подъеме.

Внутриредакционное соцсоревнование: кто лучше, качественнее, больше, результативнее напишет. А в награду — твоя публикация на «красной доске» и книги, самые-самые, которые приобретала для нас незабвенная Татьяна Васильевна Бондарева, наше все. В те времена книги были ценнейшим подарком, и мне посчастливилось собрать целую библиотеку. Самый памятный и самый значимый в моей журналистской биографии материал был написан именно в «Комсомольце» и не миновал «красной доски». В защиту престарелой ростовчанки, матери пионера-героя Эдика Жмайлова, погибшего в годы Великой Отечественной, над которой издевались соседи-алкоголики. По следам публикации обком партии вынес постановление выделить квартиру старушке, а одну из улиц в Ростове назвали в честь Эдика Жмайлова.

«Школа молодого журналиста» в стенах редакции - вели ее с любимым педагогом Ириной Семеновной Маилян. Какие детки талантливые приходили! И, главное, оставались в журналистике. Сегодня, куда ни глянь, наши: профессора, главные редакторы, руководители издательств.

А сколько занимательных историй связано с родной газетой - всю жизнь родной! Старшее поколение помнит, конечно, бум конца 80-х — начала 90-х годов, вызванный происками НЛО в Ростовской области. Как же увлекло меня расследование происходящих событий! В газете не просто рубрика — приложение появилось под названием «Летучий голландец». Мой рабочий телефон буквально разрывался от сообщений очевидцев: чего только не творили инопланетяне на Дону! А я собирала информацию, изучала, публиковала… Принимала участие в экспериментах, которые проводили московские ученые и уфологи, экстрасенсы из разных концов страны. Сама много чего видела из мира непознанного.

Как-то вечером, после дежурства «свежей головой» по номеру, едва подошла к автобусу, развозившему дежурную команду по домам, подняла голову и ахнула: огромный НЛО висел прямо над головой и дышал, то приближаясь ко мне, то удаляясь. Сердце замерло от удивления и восторга! Второй раз увидела классический НЛО в форме шляпы, который по пятам следовал за нашей машиной. Мы - киносъемочная группа от журнала «Советский экран», Марк Авраамович Мильхикер, суггестолог, директор музея космонавтики в Москве, и я — возвращались из Целинского района, где встречались с десятками жителей, наблюдавшими НЛО, одним из очевидцев, которого пришельцы забирали на корабль... Информации было много. В итоге появилась моя книга «НЛО оставляет след». А потом еще целый ряд публицистических книг, поэтических сборников, к чему посыл получила опять же в «Комсомольце».

В газете нас учили очень важному - ставить цель, идти к ней и побеждать. Во что бы то ни стало. Первые тогдашние победы на журналистском и жизненном пути вели к следующим. За «красными досками» в «Комсомольце» последовали победы в международных и всероссийских конкурсах журналистов, литературные премии, почетный Знак отличия Союза журналистов России «За заслуги». Всем, что я знаю и умею в профессии, я обязана родной газете.

Не был «Комсомолец» просто местом работы. Был второй семьей. Будни и праздники — вместе. Радости и огорчения — вместе. Землетрясение и то вместе пережили. Несколько лет редакция размещалась в 9-этажном здании на ул. Доватора. Наши этажи — последние. День как день, сижу в кабинете, печатаю на машинке (компьютеров, как понимаете, тогда и в помине было). И вдруг машинка уплывает из-под моих рук, да что там машинка, стол летит в сторону, и я ничего не могу понять! А с последнего этажа уже несется толпа наших. Впереди по лестнице бежит наша дорогая Любочка Баблоянц, подталкивая в спину сынишку: «Скорее!Вниз! Скорее!» Держась за стенку, выбираюсь в коридор, в соседнем кабинете с невозмутимым видом продолжает печатать на машинке Саша Коновалов. «Бросай, скорее вниз, ты видишь, что происходит!» А в ответ абсолютно спокойно: «Да ничего особенного, землетрясение...» Каждый в нашей газете был индивидуумом, и это выражалось во всем. На нижних этажах здания никто ничего не ощутил. А люди, находившиеся во дворе издательского комплекса, видели, как макушка здания резко наклонилась, повисела и выпрямилась. В институте физики земли, куда обратилась за разъяснениями, мне подтвердили: да, 5 баллов в Ростове, отголоски из Румынии.

Необыкновенно зрелищные и душевные годы. Годы открытий и откровений. Это, наверное, основополагающее. Помню, как к нам в гости приехали молодые ленинградские музыканты и исполнители. Один из них — крепенький такой, длинноволосый кудрявый парнишка - наигрывал свои произведения на редакционном, абсолютно расстроенном пианино. А концертный директор, представляя парнишку, сказал: запомните имя этого талантливого юноши - Игорь Корнелюк. Запомнили. Может быть, и он нас, первых журналистов в его биографии, запомнил.

Нам все было по плечу. И не было никаких преград. Приехал в Ростов Валерий Леонтьев. Звоню в «Интурист»: у вас остановился певец? У нас, говорят. А дайте телефон в его номере — дали. Созвонились, договорились о встрече после концерта во Дворце спорта. Встретились, мило побеседовали, интервью опубликовали в газете. Как-то все удавалось, лихо, по-молодежному. А, впрочем, как и должно было быть в «молодежке».

Воспоминаниям нет конца. Могу говорить бесконечно о том времени, о «Комсомольце» («Нашем Времени»), которому, даже не верится, 100 лет. Самые сердечные поздравления адресую ветеранам газеты, нынешнему коллективу и его руководителю Вере Южанской, всем «комсомольцам», причастным к юбилею. Здравствуйте долго и плодотворно, дорогие. И светлая добрая память тем, кому уже никогда не сможем пожать руки…

Галина АМИРОВА