Так куда делся памятник?

По мнению авторов письма, дела с охраной объектов культурного наследия в Ростове обстоят прекрасно. А если и есть некоторая путаница с тем, какие объекты культурного наследия охраняются, а какие — нет, то вызвана она лишь изменением нумерации домов в донской столице. И вообще, очень много на совести автора материала Елены Слепцовой грехов: «…Воссозданное здание мельницы Ф.Н. Солодова в статье охарактеризовано как «новодел, ничего общего не имеющий с тем историческим памятником, который был». Считаем, что прежде чем высказывать данное мнение, автору статьи следовало бы просто посмотреть, каким было здание до реставрации и сравнить его с тем, которое существует сегодня». «…Информацию о принадлежности объектов недвижимости к объектам культурного наследия минкультуры области предоставляет в рамках оказания государственных услуг, выдавая заявителю соответствующую справку. Ни от А. Кожина, ни от Е. Слепцовой обращений о предоставлении указанной информации в минкультуры области не поступало, что не помешало им голословно обвинить минкультуры области и областного правительство в незаконных «манипуляциях» с адресами объектов культурного наследия и исчезновении ряда зданий «из списка памятников» (орфография оригинала).

А вот тут — стоп. Обратимся к другому документу — письму из Прокуратуры Ростовской области. Цитируем: «В прокуратуре области проведена проверка по фактам, изложенным в статье «Закон абсурду не помеха?», в ходе которой установлено, что постановлением Главы Администрации Ростовской области от 09.10.1998 г. № 411 в соответствии с действующим на тот момент Законом РСФСР от 15.12.1978 «Об охране и использовании памятников истории и культуры» на государственную охрану принят памятник истории и культуры местного значения «Доходный дом А.М. Штром. 1913 г.», расположенный по адресу: г. Ростов-на-Дону, ул. Б. Садовая, 89.

Впоследствии на основании постановлений администрации области от 15.03.2006 № 80, от 27.01.2010 № 14, опубликованных в сборнике «Собрание правовых актов Ростовской области» от 06.06.2006 № 3 и от 25.02.2010 № 1 соответственно, в указанный правовой акт вносились изменения, касающиеся уточнения наименований и местонахождения некоторых объектов культурного наследия.

В результате принятых решений «Доходный дом А.М. Штром, 1913 г.» в 2006 г. числился по адресу: Б. Садовая, 99, а с 2010 г. из перечня памятников истории и культуры г. Ростова-на-Дону необоснованно исключен и, соответственно, лишен статуса охраняемого государством объекта.

В связи с этим прокуратурой области в адрес министра культуры области внесено представление об устранении выявленных нарушений и рассмотрении вопроса о внесении «Доходный дом А.М. Штром. 1913 г.» в реестр объектов культурного наследия памятников истории и культуры».

Теперь хочется спросить у министерства культуры: так кто кого голословно обвиняет? Памятник при внесении изменений в постановление потеряли? Потеряли! Значит, журналисты правду написали? Правду. Хоть это и неприятная для министерства культуры правда. Получается, прав был председатель Ростовского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александр Кожин, когда утверждал, что в реестре памятников Ростова удивительным образом появились «лакуны» — исторический объект есть, а в списках он «не значится»?

Что же касается недовольства министерства по поводу мнения о качестве реставрации здания мельницы Ф.Н. Солодова, приведенного в нашем материале, то принадлежит оно отнюдь не журналисту Е. Слепцовой. Это — мнение уважаемого архитектора-реставратора и краеведа Любови Волошиновой. Кстати сказать, лицензированного эксперта по реставрации объектов архитектуры. И журналист себе это мнение не приписывала — открытым текстом сообщила читателям о том, что так считает именно эксперт Волошинова. Что тут скажешь? Печально, что чиновники от культуры не хотят и не считают нужным учитывать мнения признанных авторитетов в этой отрасли. В том-то и беда, что постановления по линии министерства культуры нередко принимаются без ведома общественности и людей культуры…

Журналисты нашей редакции всегда прислушиваются и будут прислушиваться к голосу тех, кто знает предмет, о котором идет речь, и болеет за нашу культуру душой. Они будут для нас источником достоверной информации о происходящем. Причем — компетентным источником. Закон «О средствах массовой информации» дает журналисту право любыми способами искать, запрашивать, получать и распространять информацию. Монополией на истину не обладает никто, даже министерство культуры. И журналист, пишущий на эти темы, вовсе не должен получать нужные сведения исключительно в кабинетах чиновников…

Кстати сказать, позади дома Штрома появилась расчищенная от прежних построек площадка, обнесенная забором. Очень напоминает строительную. Потому министерству культуры стоит не обижаться на «НВ», а поторопиться, пока нынешние хозяева памятника без статуса не начали переделывать его по своему вкусу и разумению…