В отношении тех, кто не хочет или не может возвращать долги, в законодательстве предусмотрено сразу несколько способов воздействия. Один из них — наложение ареста на имущество.

В прошлом году у должников Ростовской области его было арестовано более чем на четыре с половиной миллиарда рублей. В списке — скот, автомобили, квартиры, ценные бумаги, драгметаллы, а также бытовая техника – холодильники, телевизоры и компьютеры.

— Но это не значит, что приставы арестовывают все, что попадет в поле зрения, — уточняет начальник отдела организации работы по реализации имущества должников управления Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области Сергей Аркадьевич Пегливанов. — Например, не подлежит аресту жилье, если оно единственное у человека, семена, необходимые для высева будущего урожая, предметы домашнего обихода (одежда, обувь), орудия профессиональной деятельности (книги, мольберты, швейные машины и т.п.) в случае, когда их стоимость не превышает 2,5 МРОТ, да тот же скот, домашняя птица, если используются для нужд семьи, а не фермерской деятельности… Для северных районов неприкосновенным с точки зрения ареста является олень, без которого там выжить почти невозможно. Подробности — в Федеральном законе «Об исполнительном производстве».

Тем не менее ежегодно приставам приходится участвовать в психологически непростой процедуре ареста имущества, с которым не все готовы распрощаться легко и без истерик. Особенно резонансными оказываются факты ареста имущества в виде домашних любимцев.

— У нас в регионе таких случае нет, но по России уже известны факты, когда арестованные домашние питомцы, например, собаки, были столь дороги хозяевам, что те моментально находили деньги и гасили долг, — рассказывает Сергей Аркадьевич.

Прежде чем реализовать арестованное имущество в счет погашения долга, его нужно где­то хранить. Путей по меньшей мере три: у самого должника, у взыскателя или вообще у третьих лиц. Самый простой и малозатратный, конечно, первый вариант, но есть риск тайного отчуждения имущества и уменьшения его стоимости (у автомобиля могут снять колеса и заменить на худшие либо вообще продать на запчасти, скот пустить «под нож», сославшись на мор). Третий вариант безопасен с точки зрения сохранности имущества, но за эту гарантию нужно платить, причем преимущественно из бюджета.

Некоторые взыскатели выступают с инициативой хранить арестованное имущество у себя. Но это лишь в случае наличия соответствующих условий. Потому что одно дело разместить холодильник или телевизор, другое — автомобиль или стадо скота, которое нужно еще и кормить.

По какой цене будет реализовано имущество, имеют право устанавливать как приставы, так и профессиональные оценщики. Круг первых замыкается на предметах из разряда «не ценных» (бытовая, компьютерная техника), стоимость которых не превышает тридцати тысяч рублей. Остальное — дело профи.

Проведение торгов среди оценщиков и непосредственно реализация входят в полномочия территориального управления Росимущества.

Если в течение месяца вещь не реализуется, ее стоимость понижается на 15%. Еще через месяц — на 25%, и выкупить ее предлагается непосредственно взыскателю долга.

Из всего арестованного за год имущества реализуется примерно половина. Это соответствует поставленному плану. В прошлом году в Ростовской области этот план был превышен на один процент.

Есть случаи, когда должники, не довольные фактом изъятия имущества или его оценочной стоимостью, обращаются в суд. Тогда процесс реализации может быть затянут на неопределенное время. Тем более что юридических лазеек для этого предостаточно.

— При этом в законодательстве нет подсказки для приставов на все случаи жизни, — констатирует Сергей Аркадьевич. — Она порой преподносит такие ситуации, что приходится читать дополнительную литературу, рассматривать и взвешивать разные варианты решения прблемы.