С Таганрогским автомобильным заводом носятся, как с капризной невестой. Кредиторы ведут себя по-разному. Одни, в лице Юго-Западного банка Сбербанка России, продолжают надеяться на взаимность и предлагают погрязшей в долгах даме, не возвратившей Сбербанку 2,8 миллиарда рублей, пойти на мировое соглашение.

Еще один кредитор — ВТБ — мог бы подать на ТагАЗ в арбитражный суд и запустить процедуру банкротства. Предприятие задолжало банку 5,8 миллиарда рублей. Но на защиту ТагАЗа встал сам Владимир Путин. Намерения ВТБ изменились. Долг реструктурировали на несколько лет, процентную ставку снизили.

Вообще Говоря, кто только не занимался проблемами этого томного создания по имени ТагАЗ! Странно это, в Таганроге есть как минимум три промышленных предприятия, и мощность которых, и значение для области, страны в целом на порядки больше, чем у Таганрогского автомобильного завода. У этих предприятий, кстати, тоже немало проблем. Но они их решают сами — без шума и треска. А тут завод, который получает импортные машинокомплекты и уже из них изготавливает импортные же автомобили. Ладно бы в 1997 году, когда ТагАЗ построили, это было для России нечто уникальное. Теперь таких заводов в стране — пруд пруди, они хоть «форд», хоть «ниссан», хоть «шевроле» соберут.

По разным оценкам, в лучшее время, то есть до кризиса 2007 года, на ТагАЗе работали от 10 до 8 тысяч человек. Даже на грани кризисного года, по данным системы «Спарк-Интерфакс», январский выпуск автомобилей достигал почти 4600 штук. А затем объемы «съехали» с тысяч авто до сотен и даже десятков в месяц. Заработная плата рабочих, составлявшая 20 тысяч рублей и более, сначала снизилась, а потом ее вообще стали выплачивать с перебоями. В настоящее время численность работников, по сведениям профсоюзного лидера Сергея Жукова, составляет 3600 человек. Долг по зарплате за март и апрель (на момент написания этого материала) достиг 53 миллиона рублей.

Эксперты говорят — это кризис виноват. Статистика, однако, свидетельствует: за 5 месяцев 2012 года российский авторынок вырос на 15 процентов, до 1,14 миллиона проданных автомобилей. Почему на этом фоне возникли проблемы у ТагАЗа? На недавней пресс-конференции директор управления по работе с проблемной задолженностью ЮЗБ Федор Перфильев оценил ситуацию таким образом: «Собственники уже совершили достаточное количество просчетов в управлении данным бизнесом, результат которых мы с вами хорошо видим».

ТагАЗ слишком часто оказывается в центре каких-нибудь неприятных историй. Еще в конце 90-х годов областная пресса уделяла много внимания слухам, что при строительстве автозавода были в какой-то мере использованы средства Пенсионного фонда. И хотя те журналистские предположения так и не привели к уголовным преследованиям или отставкам, некий осадок все же остался. Всякий скандал, даже очень маленький, вредит бизнесу — бизнес любит тишину.

В свое время СМИ во всех деталях обсудили историю, связанную с началом производства новой модели С-100. Южнокорейская прокуратура обвинила двух сотрудников «ТагАЗ-Корея» (южнокорейские газеты называют эту фирму дочкой ТагАЗа) в воровстве технологий у компании GM. Один из обвиняемых повесился. А производство модели С-100 пришлось заморозить.

Затем ТагАЗ снова оказался в центре внимания российских СМИ: по версии некоторых изданий, предприятие умудрилось вызвать неудовольствие китайских партнеров из концерна Chery. Китайцы опубликовали официальное заявление «О несанкционированных действиях по сборке и реализации автомобилей Chery Tiggo на территории РФ». Российские партнеры якобы в одностороннем порядке пересмотрели договоренности и взяли на себя функции не только сборки, но и реализации автомобилей.

Посткризисная ситуация обернулась для ТагАза новыми разбирательствами. В 2010 году обсуждалась реальная возможность, что Сбербанк наложит арест на имущество автозавода в связи с невыплатой 6,3 миллиарда рублей долга. В свое время РИА «Новости» сообщили: суд Версаля вынес решение в пользу российского ВТБ о наложении ареста на имущество одного из бенефициаров ТагАЗа. Это недвижимое имущество, расположенное во Франции, оценивалось в 640 миллионов рублей. Подаются встречные иски к Сбербанку и еще одному кредитору ТагАЗа. Мотивировка — завышенные процентные ставки, которые повлекли слишком большие расходы предприятия. Выиграть суды, правда, не удалось.

В 2010 году создается новая структура — ООО «ТагАвтоПром». Из ТагАЗа работники увольняются и переводятся в это предприятие. Некоторые аналитики предположили, что таким образом руководство ТагАЗа пытается уйти от последствий, связанных с претензиями кредиторов. И снова ТагАЗ «прославился», на этот раз конфликтом с независимым профсоюзом, который возглавлял молодой рабочий Сергей Пенчуков. Эта ячейка профсоюза присоединилась к более крупной структуре — МПРА, которая известна тем, что отстаивала интересы работников российского завода Ford. Независимый профсоюз Пенчукова подвергся давлению. Активисты были избиты неизвестными при выходе с территории предприятия. Следствие по этому делу ни к чему не привело. А в процессе реорганизации, может, по чистой случайности, а может, и по закономерности, лидеры независимого профсоюза в «ТагАвтоПром» приняты не были. Независимый профсоюз прекратил свое существование.

Всем уже известно, что ТагАЗ инициировал собственное банкротство. Строго говоря, это еще не банкротство, на заводе введена только процедура внешнего наблюдения. Срок, определенный арбитражным судом, — 5 месяцев. По теории, временный управляющий Эдуард Шахкулов должен провести финансовый анализ и подготовить собрание кредиторов. В реальности, как уже отметили эксперты, 5 месяцев наблюдения — это возможность для ТагАЗа на время защититься от претензий кредиторов. Тут, похоже, встречное обострение конфликта. Об этом свидетельствует реакция кредиторов. Сбербанк уже высказался в таком ключе: сожалеем, что решение принято в одностороннем порядке, но будем искать пути решения возникших проблем. ВТБ более категоричен: «Очевидно, что такие действия со стороны владельца предприятия нарушают логику подписанного… меморандума о реструктуризации долгов». Еще один кредитор — Газпромбанк — вообще обратился в СКР с просьбой провести расследование. В ответ прозвучало мнение представителей тагазовского руководства: 5 месяцев дадут возможность предприятию перестроиться, оптимизировать объемы производства и продаж. И в конечном итоге, надо понимать, — расплатиться с кредиторами? Это весьма сомнительно.

Автомобильный рынок России сегодня сверхконкурентен. Как только какое-нибудь предприятие теряет свою нишу, ее быстро занимают другие. За последние годы объемы производства ТагАЗа снизились в разы. Можно не сомневаться, что это место уже захватили конкуренты и, прежде всего, «АвтоВаз». В свое время он уже обошел тот же ТагАз благодаря государственной программе утилизации. Теперь спешно продвигает бюджетные автомобили, составляющие конкуренцию некоторым моделям ТагАЗа. Не менее энергично подпирают «Форд», «Шевроле», новый завод «Хундай» под Санкт-Петербургом. Имя конкурентам – легион. На этом фоне «ТагАвтоПром», судя по информации, имеющейся в Таганрогском центре занятости населения, может сократить до 2600 человек из 3600, еще работающих на предприятии. Малыми силами трудно вернуть ужимающиеся, как шагреневая кожа, рынки сбыта. Есть некая граница численности, за которой начинают страдать технология и качество. Работники ООО «ТагАвтоПром» сообщают, что людей и так уже катастрофически не хватает. Даже в лучшее время, по их рассказам, на заводе работали по 12 часов, чтобы обеспечить производство. Если на заводе останется тысяча человек, как они будут «закрывать» мощности, рассчитанные на выпуск 180 тысяч автомобилей в год? Так не поднимешь производство до уровня, который обеспечит такую прибыль, чтобы можно было и предприятие возродить, и кредиторам отдать долги. Вывод — нынешняя инициатива с собственным банкротством — это просто оттяжка времени. Для чего?

Одни предполагают — появится новый собственник, который готов выкупить ТагАз со всеми его долгами. Другие, что вся операция — это такая плавная посадка, чтобы избежать посадки жесткой, следствием которой может стать социальный взрыв на ТагАЗе. В любом случае, мне кажется: надежда Михаила Парамонова на то, что удастся избежать конкурсного управления (он эту надежду недавно озвучил в СМИ), чрезвычайно слабая. Может быть, ТагАЗу еще на несколько лет отсрочат выплаты долгов. Может, дадут еще денег. Но экономический рост сегодня слабый, и надеяться на взрывной рост продаж автомобилей вряд ли реалистично.

Что будет с людьми, работающими в «ТагАвтоПроме»? В таганрогской администрации с уверенностью говорят – все будут трудоустроены. В центре занятости населения утверждают то же самое — вакансий много, без работы никто не останется. Надо только понимать: десяток с лишним лет отовсюду трубили про ТагАЗ — это экономическое и технологическое чудо на Юге России! Сегодня тагазовцы стоят перед фактом – все они стали жертвами как минимум стратегической ошибки, большого экономического просчета. Чуда, видимо, все-таки не произошло. И люди чувствуют себя обманутыми по-крупному. Разговаривая с теми, кто пока работает на автопроизводстве (люди, по понятным причинам, не хотят, чтобы их называли), я отметил разочарование даже не по поводу судьбы завода, а в действующей в России экономической модели вообще. За несколько лет кризиса руководство ТагАЗа каким-то образом умудрилось заметно радикализовать настроения своих работников. Даже председатель вполне лояльного к менеджменту заводского проф­союза Сергей Жуков на мой вопрос: «Могут ли произойти волнения на предприятии?» ответил: «Я не знаю, что вам сказать. Настроение у людей очень плохое. Я, конечно, всех предупредил, проинформировал о новом «Законе о митингах». Но ручаться за все я не могу».

И еще вот что тревожит — чувствуется в Таганроге, на уровне руководства, флер легковесности по отношению к ситуации на ТагАзе. Может быть, кто-то считает, что «рассовать» уволенных с ТагАЗа («ТагАвтоПрома») по местным предприятиям — это решение проблемы? Не один, не два работника ТагАЗа мне говорили: ну почему мы должны уходить с завода, если нам нравится работа? К тому же надо понимать, что наличие вакансий — это еще далеко не все. Не всех устроит то, что им предложат в центре занятости. И не факт, что всем работодателям подойдут те, кого к ним пришлют с ТагАЗа. Не исключено, что на месяцы затянется ситуация, когда более двух тысяч безработных будут подвешены в воздухе. Может, работники ТагАЗа — пока не уволенные — и не выйдут на улицу с радикальными требованиями. Хотя в случае с ТагАЗом (тогда еще «по совместительству» Таганрогским комбайновым заводом) такое уже было в начале двухтысячных годов. Но с каким мировоззрением они уйдут с завода? Не забывайте, какая сейчас политическая ситуация в стране. Пройдет немного времени, и эти люди направятся к избирательным урнам. Минувшей осенью и зимой, на выборах, Таганрог уже продемонстрировал два тревожных демарша. Не за горами — новые выборы, и как тогда проголосует Таганрог, если две с лишним тысячи тагазовцев потеряют работу, а их семьи — кусок хлеба?