Добрый десяток донских территорий граничит с Украиной. Но у границы, которая проходит по Чертковскому району, есть свои особенности.


Она — наиболее протяженная — около 70 километров, часть ее проходит по железной дороге, и — самое главное — прямо по улице Дружбы Народов. Мало того, несколько домов запитаны от украинских газа и электросетей. До известных событий на Украине это не создавало ни людям, ни властям особых проблем. Как обстоят дела теперь?

Как отрезали

За ответом мы приехали к главе Чертковского района Ольге Подгорной. Буквально с конца октября поселок гудит: народ возмущается очередями на пропускном пункте, которые возникли из-за перемен на границе. Раньше как было: показал на КПП паспорт с пропиской и пошел или поехал по отдельно выделенной полосе для местных. По этой же полосе беспрепятственно проезжали пожарные, скорая, милиция, коммунальные службы. Теперь украинские таможенники (чей пост, между прочим, стоит на нашей — российской территории) выделенную полосу перекрыли, всем и каждому требуется обязательная отметка о пересечении границы. А это значит, что все школьники, все жители улицы Дружбы Народов поселка Меловой — а там прописаны 245 человек, большинство из них работают в Чертково — как минимум два раза в день стоят в очереди.

Был у них еще один не­официальный и небезопасный, зато короткий путь в поселок напрямую — через железную дорогу. Но там как раз в целях безопасности построили забор. Правда, оставили пока ворота, но ведь это – временный вариант. Решить проблему местных пешеходов, идущих через границу, мог бы подземный переход. Кто его построит? На какие средства? Пока вопрос остается открытым.

Дело еще и в том, что очереди создают не только те, кто на «нашу сторону» оттуда идет. «Туда» жители Чертково тоже стремятся: продукты дешевле, особенно овощи, птица, выращенная на подворьях. По средам и субботам на «той стороне» рынок притягивает народ, как магнит: там торгуют предприниматели из разных областей Украины. Что при этом особенно волнует главу района, так это вполне определенная опасность, которой подвергают себя люди.

— Поселок Меловое, как и 10 близлежащих районов и три города Луганской области, не вошли в состав ЛНР, а остались под федералами. Потому туда частенько заглядывают военные батальонов «Айдар»*, «Донбасс»*, «Днепр»*, «Правый сектор»*, «Нацгвардия». А при том, что «одна сторона» улицы Дружбы Народов — российская, а вторая — украинская, какие у людей гарантии безопасности? — логически рассуждает Ольга Ивановна. 

В трудной ситуации оказались жители трех многоквартирных домов, у которых отсутствуют подъездные пути по территории РФ. Один из домов находится рядом с украинским отделом пограничной службы. Когда в ночь с 8 на 9 августа отдел был обстрелян, в двух квартирах вылетели оконные стекла, а люди не могли даже выйти, чтобы спрятаться — вокруг украинские пограничники с автоматами.

—  Раньше мы жили в приграничном районе, но соседство было добрым, и проблем не было. Праздники замечательные на улице Дружбы Народов проводили, совместные спортивные мероприятия. Теперь у нас настоящая граница — и все серьезно. Зато за наших людей, за их отношение к беженцам с той стороны мне не стыдно, — говорит Ольга Ивановна. — Их в районе было зарегистрировано 1370 человек, в школу 1 сентября пошел 241 ребенок. После объявленного перемирия часть людей вернулась домой, но в районе осталось более тысячи человек, из них 180 школьников — как раз на целую среднюю сельскую школу.

Детей надо не только учить — а основная нагрузка легла на несколько школ, расположенных в поселке Чертково, Маньковском, Лозовском и Шептуховском сельских поселениях — но и кормить. И здесь большую помощь людям, попавшим в беду, оказали фонды «Доброе сердце», «Доброе дело», предприниматели, руководители сельхозпредприятий, простые граждане. Мы помогли очень многим перешедшим границу добраться до своих родственников в других регионах — у людей не было денег, и на пожертвования через управление социальной защиты для них приобретали билеты, отправляли туда, где они могут переждать трудное время.

Те, кто остался в районе, стараются найти свою нишу. Надеемся, что четыре врача придут в штат нашей ЦРБ, как только УФМС оформит все документы, что, к сожалению, пока затягивается. Одна семья украинцев взялась за выращивание грибов, и теперь в магазинах и на рынке собственного производства свежайшие шампиньоны. Мужчины-переселенцы пошли в строительные бригады, кто-то проявил инициативу и занялся бытовым обслуживанием населения. Не пропадут люди.

Жизнь разделила ЖД

А еще Чертковский район не только приграничный, но и отдаленный от областного центра почти на 300 километров. И реальная связь с ним держалась все это время на электричках. Студенты отправлялись по понедельникам на занятия, в пятницу — приезжали домой. В больницу, по любым другим делам основная масса населения отправлялась именно этим видом транспорта, который был доступен по цене и безопасен.

Но вот недавно электричку отменили. Для РЖД это невыгодно. Ольга Ивановна мне показала официальное письмо руководства компании, где все объясняется с точки зрения экономики: правительство области компенсирует лишь 68 миллионов рублей расходов на содержание и работу пригородных электропоездов, тогда как затраты РЖД составляют 245 миллионов рублей.

—  Это тоже, получается, режет по живому, — говорит глава. — Поездом добираться по железнодорожной ветке, которая связывает район с областью и другими районами, раза в три дороже. И это ведь ударило не только по Чертковскому району, но и по всем, что расположены на этой линии.

Но если средства не позволяют пускать электропоезда всю неделю, разве нельзя оставить рейсы по пятницам и понедельникам? Сегодня этот вопрос волнует многих жителей района.

Безработица–«беззаботица»

Жить в отдаленном от крупных городов районе непросто, это Подгорная хорошо понимает. Но при этом уверена — земля человека всегда прокормит, если к ней руки приложить. И именно тем, кто хочет вкладывать в землю свой труд, свои средства, пусть крошечные, государство и должно помогать. Рассуждая о ситуации с трудоустройством в районе и эффективности расходования на это бюджетных средств, мы с Ольгой Ивановной даже новое слово для русского языка изобрели: «беззаботица». Это о тех, кто стал профессиональным безработным.

— Я анализировала ситуацию, есть люди, которые с завидной регулярностью стоят на учете на бирже труда и получают пособия с 1997 года, — говорит Подгорная. — А коров на подворье держать никто не хочет, хотя для сельского семейного бюджета это — первое дело. Когда в 2005 году я начала работать главой Осиковского сельского поселения, то в селе Осиковка было 5 гуртов крупного рогатого скота, принадлежавшего его жителям. Три года назад уже было два. Сейчас фактически — один. Но при этом на общественные работы в районе да и в сельских поселениях человека днем с огнем не сыскать.

На въезде в поселок Чертково много лет стояли по обе стороны дороги настоящие заросли. Решила глава три года назад там порядок навести. Распределила бюджетным организациям участки, никого не пропустила – в том числе и районную администрацию, просчитала нагрузку — потянут ли люди эту добровольную обязанность, и объявила первый субботник. Пришли на него все бюджетники. А вот из 72 человек, получающих пособия по безработице — фактически зарплату из госбюджета – лишь 30 человек. Поставили в селе Алексеево-Лозовка новый модульный фельдшерско-акушерский пункт. Чтобы воду к нему провести, потребовалось канаву выкопать. Глава сельского поселения предлагал договор заключить, оплатить работу — никого из местных не нашлось.

—  Может, мысль и крамольная, — говорит Ольга Ивановна, — но я думаю, что если человек один раз стоял на бирже по безработице и шанс начать свое дело не использовал, то второй раз на учет никого не стоит ставить. Ведь есть так называемые социальные контракты, по которым человеку выплачивают до 100 тысяч рублей, на которые и двух коров купить можно, и бычков на откорм поставить. А так мы просто плодим безработных-беззаботных, а не безработицу ликвидируем.

Закон бумеранга

Такой вот получился у нас с Ольгой Подгорной разговор. И это не потому, что в районе только одни сложности. Просто считает глава, что проблемы не замалчивать надо, а как можно быстрее решить. И таких примеров — уже снятых проблем — немало. С 2008 года не могли в районе реализовать уже готовый проект детского сада в слободе Анно-Ребриковской Щедровского сельского поселения. И вот губернатор выделил средства, детский сад построен, ребятишки получают в нем и уход, и воспитание, и развитие по полной программе. Село Малая Лозовка после реконструкции трассы М4 «Дон» оказалось отрезанным от дороги: чтобы выехать в Чертково или даже доехать до центра поселения, приходилось делать крюк в несколько километров. Получил район на строительство дороги из областного бюджета 47 миллионов рублей, дорогу построили...

— Началось строительство детского сада на 220 мест в поселке Чертково, в перспективе — строительство терапевтического отделения, старое поставили еще в 1927 году, — делится планами Подгорная. — И планируем обустроить такой важный объект, как спорткомплекс в Алексеево-Лозовском сельском поселении. Здание когда-то принадлежало коммерческой структуре, которая безвозмездно передала его в муниципальную собственность, и оно пока никак не используется. А селяне с большой охотой в спортзал пойдут. Сейчас наша задача – подготовить проект.

Конечно, ситуация в экономике сложная, но из-за этого откладывать такие дела, как строительство социальных объектов, в долгий ящик нельзя, считает Ольга Ивановна.

—  Люди видят, что местная власть не сидит сложа руки, — сами инициативу проявляют: берутся детские площадки обустраивать, в хуторах спортивные праздники проводят, поддерживают начинающих спортсменов. Сработал закон бумеранга. А задача местной власти как раз еще и в том состоит, чтобы общественную инициативу пробудить. Ведь вместе с жителями можно сделать для района гораздо больше...

* Деятельность запрещена на территории Российской Федерации.