Протяжённость последней гонки «Дакар» составила 9500 тысяч километров, которые спортсмены преодолевали на протяжении 2 недель. За всё это время у гонщиков был всего один день отдыха.

Но «отдыхом» он называется чисто символически: этот день — каторга для механиков. В течение суток для безопасности экипажа они полностью перебирают машину. 

Ралли «Дакар» — это не только соревнование с противниками. Это в первую очередь борьба на выживание. Борьба с самим собой, с собственными страхами. С 60-градусной жарой в кабине пилотов, в которой порой они находятся по 24 часа, с песчаными барханами высотой с небоскрёб, с пылью. В аргентинской пустыне Атакама (на берега Атлантики знаменитое ралли переехало в 2009 году, теперь гоночная трасса пролегает из Аргентины в Чили и обратно), где проходил один из сложнейших этапов последней гонки, уже более ста лет не шёл дождь. Во время соревнований пыль, как мука, стоит столбом, и пилотам ничего не остается, кроме как довериться собственной интуиции и двигаться вперёд…

Все это во время импровизированной лекции Эдуард и рассказывал, отвечая на вопросы ребят. Парней интересовала больше техническая сторона: каков ход передней подвески на гоночном КамАЗе,  и что входит в систему охлаждения машины.

— Чем ваш грузовик отличается от обычного?

— Всем. От ушей до хвоста. Даже кабина имеет сходство с обычным КамАЗом только снаружи. Спортивный КамАЗ весит 9 тонн, имеет мощность 950 лошадиных сил, объём двигателя 18 литров и разгоняется до 180 км/час. До сотни разгоняется за 9,25-10 секунд. Стоит такое авто около 700 тысяч евро.

— А вы машины за свои деньги приобретаете?

— Нет, зачем же? Мы их сами делаем. Наша команда непосредственно относится к КамАЗу. У нас полностью свой инженерный, конструкторский отделы, свои станки, свои испытательные стенды. Целый цех на заводе: нам помогают ребята, настраивают. А все остальное — рамы, кронштейны, все, что видите на КамАЗе, — делается нашими руками, в нашем центре. Работают здесь в общей сложности 100 человек.

Есть несколько полигонов, на одном испытываем подвеску, на другом — экипажи, штурманов и динамику автомобиля. Это более скоростная трасса.

А вот девушек, которых на встрече тоже было немало, больше интересовали детали самих гонок.

— Как проходит физическая подготовка спортсменов к соревнованиям?

— Экипаж 3 раза в неделю занимается в спортзале. Кто-то дополнительно плавает, кто-то бегает. А так все спортсмены в обязательном порядке посещают тренажёры, которые укрепляют мышечный каркас спины, потому что на неё у нас постоянно просто немыслимые нагрузки. У нас есть личные тренеры, массажисты, которые очень тщательно следят за нашими телами.

— Как набирают людей в экипаж? Существуют какие-то определённые критерии отбора?

— Берут всех, но не все выдерживают. Проехав один день в экипаже, человек уже понимает, сможет он так и дальше или нет.

— Были ли у вас аварии?

— Самая серьезная авария произошла в 2007 году в экипаже Владимира Чагина. Был четвертый день гонки, они проигрывали. Солярка начала брызгать в кабину. Ребята остановились и заменили необходимую трубку и продолжили гонку. Но на этом злоключения не закончились… В каждой машине стоит прибор, который оповещает попадающиеся на пути автомобили о приближающемся экипаже и говорит о том, что его нужно пропустить. Перед нашим КамАЗом ехал «джип», который наверняка получил это сообщение, но до финиша оставалось километров 30, и он решил нас не пропускать. Владимир пытался его обогнать, но «джип» очень сильно пылил, и видимость стала нулевой. В итоге КамАЗ перевернулся 5 раз… Чудом весь экипаж уцелел, но от машины не осталось практически ничего.

На обычных дорогах Эдуард предпочитает не лихачить. В обычной жизни он водит ВАЗ-2108: «Поддерживаю отечественного производителя», — смеется он и поясняет: «Времени рисоваться нет. Хвастать нужно ездой, а не маркой автомобиля». Кстати, именитый гонщик, как и многие водители, «для безопасности» держит в кабине талисман — плюшевого львенка.

Разумеется, спросили Эдуарда и про вознаграждения — сколько зарабатывает современный гонщик?

— У самого «Дакара» призовой фонд очень маленький. Хватает только на то, чтобы отпраздновать, накрыть стол. Премиальные мы получаем от спонсоров, но вопреки общему мнению, они тоже измеряются не в семизначных числах… Но не в деньгах ведь счастье!