Первую свою гитару Владимир Сердюк купил у Владимира Кузьмина, вторую — у Владимира Мулявина. Никого из великих раньше лично не знал. Просто во время гастролей артистов в городе заходил, знакомился. Гитарист гитариста всегда поймет…

Владимир Сердюк уверен, что ко всему в этой жизни следует относиться проще. Нужны контакты — знакомься, хочешь чего-то достичь — трудись, не хватает денег — зарабатывай. В составе муниципального ансамбля русских народных инструментов «ДИВО» из города Таганрога стал лауреатом и дипломантом Всероссийских и международных конкурсов и фестивалей, разработал методические программы по ряду музыкальных дисциплин. Он — автор гимна города Таганрога. В 2004 году Министерство культуры РФ наградило его знаком «За достижения в культуре». Но главное его призвание — учить музыке. Владимир Васильевич преподает в детской музыкальной школе имени Чайковского и в музыкальном колледже. Его ученики — победители областных и международных конкурсов гитаристов, многие из них окончили Гнесинское училище. Своего педагога они просто обожают. А все потому, что Сердюк никогда никого не заставлял ничего делать насильно.

Завод вместо консерватории?

Он и сам занимается только тем, что нравится. Знакомство с гитарой у будущего музыканта произошло в 8-м классе. Бабушка принесла инструмент от соседей, чтобы заболевшему ангиной внуку было чем заняться. Подросток побрынчал как мог, и на этом все закончилось. Зато когда через год в Доме пионеров он впервые тронул струны электрогитары, был потрясен: совершенно необычное звучание.

Все лето мальчик учился играть, иногда дни напролет. До всего доходил сам, учителей-гитаристов тогда в городе не было. Осенью увидел объявление о том, что в кафе требуется гитарист, и пошел прослушиваться. Его приняли! Родители дали разрешение на работу несовершеннолетнего сына. И он играл в свое удовольствие.

После 10-го класса отец устроил Владимира учеником мастера на завод. Но — не лежала душа к этой работе.

Владимир ушел с производства и стал готовиться к поступлению в музыкальное училище. Но… ни в Ростове, ни в Таганроге не было классов шестиструнной гитары. Что было делать?

Три вместо шести

Он все-таки поступил. Встретил в училище знакомого, балалаечника. Тот предложил Сердюку пройти у него педагогическую практику. За два месяца практикант научился играть на балалайке и прошел все прочие дисциплины в музыкальной школе. Получил диплом о ее окончании (без него тогда поступить в музыкальное училище было невозможно) и сразу же стал студентом. «Это ничего, что ты вместо гитары будешь учиться на балалайке, — пояснил ему преподаватель. — Ты, главное, относись к учебе серьезно. Не теряй время. А принцип игры — он тот же». Студент внял совету, причем настолько, что по окончании училища педагоги настаивали: оставайся в балалаечниках.

— На втором курсе у меня родился сын. Мне нужны были деньги, — рассказывает Владимир Васильевич. — Можно зарабатывать и с балалайкой, но музыкант всегда должен быть первым, а достигать совершенства с тремя струнами мне не очень-то хотелось. Я люблю гитару.

Выступать в ресторанах и кафе Сердюка всегда звали сами. И гитаристов тогда было еще не так много, и инструмент у него был.

Чтобы купить первую гитару, подрабатывал грузчиком. Стоили гитары тогда большие деньги, а главное, достать инструменты было непросто, особенно импортные. Но были Кузьмин, Мулявин, другие артисты. Струны и педали Сердюк умудрялся доставать благодаря иностранцам. Играя в ресторанах «Волна» и «Таганрог», где постоянно обедали туристы, он тайно передавал им записки с просьбами и доллары, а они потом якобы преподносили ему подарки в виде этих самых струн и педалей. Принимать подарки от иностранцев было можно, общаться с ними — фактически нет.

Свадьбы, школа и душа

Владимир Васильевич уже больше 20 лет работает в музыкальной школе. Считает это своим основным и любимым занятием:

— Гитара — инструмент особый. На ней почти каждый мечтает научиться играть. Но представления об игре у всех разные. Дети, которые ко мне приходят, часто думают, что все сводится к паре аккордов и трясению головой. Ну, как «Ранетки»! Когда же я им показываю игру на классической гитаре, удивляются невероятно. Они и не предполагали, что на гитаре можно играть такие вещи. И вот те, кто непременно хочет повторить то, что я показал, ко мне и приходят. Учить нескольким аккордам — это не мое.

Раньше Владимир Васильевич ходил по школам, играл на гитаре, рассказывал об инструменте. Теперь школы строго охраняются, и попасть в них непросто. Можно договориться с директором, но не все на контакт идут охотно.

— Это же детям нужно! — возмущает Владимира Васильевича положение вещей.

— Ничего! — реагируют директора. — Им бы школьную программу осилить.

И это так, понимает Владимир Васильевич. Сегодняшние дети сильно отличаются от тех, которые приходили к нему двадцать лет назад. Замученные, уставшие. Поспевать за школьной программой им непросто. Раньше они много занимались инструментом дома, теперь до гитары у них руки не доходят. Педагоги стараются успевать все на занятиях, чтобы дома дети брали в руки инструмент только по желанию.

Владимир Васильевич всегда учитывает, в каком состоянии приходит ученик. Может весь урок, например, просто играть ребенку на гитаре. А бывает, понимает — нужно ловить момент — и форсирует обучение, насколько возможно. Больше всего гитаристу нравится наблюдать, как загораются глаза у детей, когда у них что-то начинает получаться, и ученики еще с большим старанием принимаются за учебу.

— Сегодня везде педагоги жалуются на обилие документов, которые им приходится вести, заполнять. Что в музыкальных школах? — спрашиваю Владимира Васильевича.

— Бумаг стало больше. Но меня волнует другое. Мы сегодня зависимы от того, побеждают ли наши воспитанники на конкурсах или нет. Дипломы же, как правило, «оставляет» себе принимающая сторона. На зарубежных конкурсах судят вполне объективно, но к соревнованиям там не имеют никакого отношения министерства культуры, поэтому эти победы не засчитываются. Представьте, что происходит с ребенком, который знает точно — он лучший, а не получает даже поощрительного приза! Какие слова нужно найти мне, чтобы у человека навсегда не пропало желание играть дальше?

Не всегда с этим же справится и взрослый. Талантливые люди нередко не выдерживают, бросают преподавание. Да и жалование, прямо скажем, оставляет желать лучшего. Владимир Васильевич старается справляться:

Во-первых, если меня обидят — я отвечу. Во-вторых, я всегда подрабатываю. Пишу аранжировки, музыку, выпускаю диски, вместе с женой (прекрасной пианисткой, кстати) ведем свадьбы. Это интересно, хотя не скрываю, была бы другая зарплата у педагогов, наверное, и занятия по жизни были бы другие. Но мы имеем, что имеем. Поэтому и важно заниматься тем, что по душе, иначе откуда черпать силы для преодоления трудностей?

Фото из архива Владимира Сердюка