Черная тарелка на стене – типичная деталь довоенного быта, запечатленная в стихах и прозе.

У нее много названий и определений. «Эмблематичная вещь времен Великой Отечественной» и «один из выразительных образов минувшей войны», «символ советского радиовещания довоенных и военных лет», – это все о ней, вернее, о нем, абонентском громкоговорителе. Он же – репродуктор и просто радиоприемник.

У моей бабушки говорящая тарелка стояла на столе. Оригиналкой в этом бабушка не была: в комплект таких громкоговорителей входили подставки, позволявшие располагать эти репродукторы на столах, тумбочках, комодах, этажерках, – словом, где хозяину удобнее. И чтобы до розетки проводного радиовещания поближе.

Политехнический музей ЮФУ, созданный на базе знаменитого таганрогского радиотехнического института, начинался со стенда о Великой Отечественной, а одним из первых экспонатов стала говорящая тарелка. Причем в рабочем состоянии. Ее повесили на штырь на стене и задумались о том, что же она должна сегодня сообщать?

– Такие тарелки функционировали как проводные радиоприемники, связь осуществлялась через местные радиоузлы, – поясняет директор политехнического музея ЮФУ Олег Набоков. – Можно было бы и нашу тарелку подключить к местной радиосети, но тогда из нее полился бы поток нынешних новостей и объявлений. А нам хотелось не столько продемонстрировать технические способности этого почтенного возраста устройства, сколько воссоздать с его помощью атмосферу 1940-х.

В итоге в музее решили, что союзником говорящей тарелки станет магнитофон. Нашли записи исторических выступлений военных лет Сталина, Жукова, и тут Набокова осенило: это все – хорошо, но должна быть другая запись. Та, которую он получил когда-то от легендарного советского диктора Юрия Левитана.

...Сорок пять лет назад таганрожцу Олегу Набокову выпало участвовать в работе XVI всесоюзного комсомольского съезда. В кулуарах одной встречи, проходившей в рамках съезда, он увидел человека, чье лицо было известно каждому, кто интересовался историей Великой Отечественной, битвой за Сталинград: маршал Чуйков!

Пройдут годы, и Чуйков вызовет всенародное уважение еще и тем, что обратится в Центральный комитет партии с просьбой о разрешении упокоить его прах на Мамаевом кургане. Там, где полегли смертью храбрых тысячи его бойцов. Но это произойдет еще через десять с лишним лет, когда маршал будет уже тяжело, неизлечимо болен. А тогда он был энергичен и бодр, охотно отвечал на вопросы молодого таганрожца о Сталинградской битве и вдруг неожиданно сам задал вопрос.

– А ты видел когда-нибудь диктора советского радио Юрия Левитана? – спросил маршал Чуйков.

– Нет, – ответил удивленный этим вопросом Набоков.

– А каким ты его себе представляешь?

– Ну, судя по его голосу, это человек высокого роста, внушительной наружности...

Чуйков рассмеялся и подвел своего собеседника к мужчине, который курил в нескольких метрах от них. Маршал перессказал ему, каким представляется диктор Левитан Набокову, и незнакомец тоже рассмеялся. Оказалось, что этот симпатичный чернобровый человек, ничем внешне не выделяющийся особенно среди окружающих, и есть враг номер один Гитлера, любимый голос Сталина Юрий Борисович Левитан.

К счастью для себя и своего родного города Таганрога, Набоков не растерялся и не сконфузился. Он спросил, зачитывал ли в августе 1943 Левитан в радиоэфире приказ о салюте в честь Таганрога? Левитан сказал, что так и было.

– А можно получить пленку с этой записью?

Левитан пообещал постараться помочь в этом деле и уже на следующий день вручил Набокову копию этой радиозаписи.

Впервые после войны таганрожцы, с легкой руки Набокова, услышали эту запись на свой первый День города. С тех пор в Таганроге вошло в традицию включать ее на торжествах в честь освобождения города от немецких оккупантов. А на экскурсиях в политехническом музее ЮФУ она звучит вне зависимости от календарных дат. Сначала раздаются так хорошо знакомые по фильмам о войне позывные советского радио, а вслед за ними – голос Левитана:

– Говорит Москва!

Левитан зачитывает Приказ Верховного главнокомандующего: войска Южного фронта под командованием генерал-полковника Толбухина в результате ожесточенных боев разгромили таганрогскую группировку немцев и 30 августа 1943 года овладели городом Таганрогом! Теперь Ростовская область полностью освобождена от немецких захватчиков. В ознаменование освобождения Ростовской области и города Таганрога в столице нашей Родины Москве сегодня будет произведен салют двенадцатью артиллерийскими залпами из 124 орудий!

«Сегодня» – это тогда же: 30 августа.

Кстати, о салютах. В 1943 году Ставка Верховного главнокомандования утвердила три категории салютов, которые производились в Москве в честь наших ратных побед. Салюты третьей степени (но отнюдь не третьестепенные!) звучали в семь вечера, и это было 12 залпов из 124 орудий. Салюты второй степени означали 20 залпов из 224 орудий и производились в восемь вечера. Самые выдающиеся победы ознаменовывались салютами первой степени: 24 залпа из 324 орудий в девять вечера. 9 мая 1945 года, в десять вечера, в честь Великой, невиданной миром прежде победы, Москва салютовала 30 артиллерийскими залпами из тысячи орудий!

С этим грандиозным салютом связана интересная история, которую Набоков услышал еще в ту поездку на съезд.

Сначала 9 мая Левитан сообщил по радио о безоговорочной капитуляции Германии. Страна ликовала. А вечером Левитана вместе с председателем Всесоюзного радиокомитета Пузиным вызвали в Кремль и вручили пакет с текстом приказа Верховного главнокомандующего ко всем советским войскам. Теперь его часто называют Приказом Победы или Приказом о салюте Победы, потому что завершался он распоряжением о салюте. Через 35 минут Левитан должен был зачитать этот приказ перед микрофоном.

Левитан и Пузин вышли из Кремля и поняли, что пробиться через плотное людское море к расположенной неподалеку радиостанции – задача невыполнимая. Даже милиция не смогла им помочь. Люди на Красную площадь прибывали и прибывали, они на радостях качали, подбрасывали на руках военных и готовились слушать важное радиосообщение, которое должно было раздаться из установленных на Красной площади репродукторов – «родственников» той самой бытовой абонентской говорящей тарелки.

Ситуация для Левитана перерастала в катастрофическую, но он вспомнил, что в самом Кремле тоже есть радиостанция. Можно зачитать приказ и оттуда, правда, до нее теперь успеешь разве что бегом.

Левитан с Пузиным вернулись в Кремль, комендант Кремля понял их с полуслова и дал команду охране пропускать, не задерживая, двух бегущих по кремлевским коридорам в направлении радиостанции людей. Так что, как вспоминал легендарный диктор спустя годы, и приказ Верховного главнокомандующего он успел зачитать, и салют посмотреть.

...Когда Набоков сегодня рассказывает экскурсантам политехнического музея – студентам и школьникам – о своей встрече с Левитаном и говорит, при каких обстоятельствах получил запись, звучащую из этой говорящей тарелки на стене, то порой видит на юных лицах недоверчивые улыбки. Не верится им, что такой известный человек был так доступен в общении, и что по первой просьбе, не подкрепленной всякими там важными подписями и печатями, совершенно бескорыстно оказал незнакомому человеку такую информационную услугу...

Такое нынче время. А на той встрече – отсвет совсем другой эпохи.


Она еще может вернуться

Если до войны в СССР было налажено массовое производство громкоговорителей-тарелок, и они имелись во многих домах, то сегодня такой прибор, да еще в рабочем состоянии, не в каждом увидишь музее.

Что до современного быта, тут вроде понятно: в сравнении с нынешней радиотехникой тарелка – штука допотопная. Однако...

Представьте себе, что нашлись в России энтузиасты-радиомастера, которые наладили выпуск таких тарелок.

Хотя это и несложный прибор, есть в его производстве свои секреты. Многие думают, что раструб говорящей тарелки – металлический. На самом деле он из прессованной бумаги. Рецепт раствора, которым ее пропитывали, был на заводах, которые выпускали такие абонентские громкоговорители, тайной за семью печатями.

Кто же, по мнению производителей неотарелок, мог бы украсить ими свой интерьер?

Возможно, ценители русского авангарда. Ведь черный тарелкообразный громкоговоритель выдержан в стиле конструктивизма. А этот стиль отлично сочетается с идеями дизайна нынешних офисов и квартир-студий. Скажете, что их обитатели не поклонники проводного радиовещания? Так неотарелка – хитрое устройство. С возможностью прокручивания компакт-дисков.

Но самая большая ставка, вероятно, на людей пожилых. А также – на многочисленные небольшие музеи типа школьных. Мечтали бы производители неотарелок увидеть свои репродукторы и на улицах. В качестве оригинальных и функциональных элементов оформления к Дню Победы.

Как говорится, что-то в этом есть... Значит, говорящие тарелки еще могут вернуться?