Чуть больше года назад — 15 июля, в Азовском районе охот­инспектор застрелил браконьера. Дело получило большой резонанс: и среди охотников, и среди самих охотинспекторов, а местных жителей ночное происшествие неподалеку от трассы Азов-Ростов, в районе села Ново-Александровка, взволновало и испугало.

Районный суд сделал вывод, что имело место превышение необходимой обороны. Наказание — лишение свободы один год с отбыванием срока в колонии-поселении. Такое решение не устроило ни одну из сторон: подала кассационную жалобу вдова погибшего, то же самое сделал и обвиняемый в убийстве охотинспектор.

Ничего личного

Все произошло глубокой ночью, одного из четырех участников события нет в живых. Мы можем рассматривать лишь две версии. Первая — местного жителя, который был на месте происшествия. Вторая версия — самого охотинспектора и его напарника, который в момент задержания браконьеров стоял у него за плечом.

…По первой версии погибший — Л. был заядлым рыбаком. 14 июля 2009 года, придя с работы, он сказал, что пойдет на рыбалку. Но, как оказалось, отправился добывать кабана. Несколько лет назад он нашел в камышах исправное, пригодное для стрельбы и хорошо сохранившееся ружье, но в милицию его не сдал, хотя домой не приносил, хранил в гараже. При этом к найденному ружью у него имелся патронташ и боеприпасы. Вот с таким «снаряжением» и ходил на рыбалку.

Свидетель Г., который, по мнению следствия, является объективным и беспристрастным, рассказал, что в половине третьего ночи ему позвонил товарищ и попросил «привезти попить воды» на поле, расположенное на окраине Ново-Александровки, и помочь починить сломавшийся велосипед. Свидетель прихватил заодно лупу, соль, соду и топорик с ножом.

На его удивление, рядом с Л. оказался неизвестно откуда взявшийся подстреленный дикий кабан, которого тот и начал разделывать принесенным ножом. В это время люди в камуфляже, вооруженные карабинами «сайга», неожиданно появились «из ниоткуда» и начали беспричинно по ним стрелять. При этом Л. мирно сидел на корточках, никаких действий не совершал, неповиновения не оказывал, за оружие не хватался, и применить его не пытался. И свидетель Г. тоже просто сидел рядом на корточках. Правда, уже в суде свидетель сообщил, что его сначала повалили, а потом раздались выстрелы, вспышки которых он видел. Но кто именно стрелял — не видел. Потом, опасаясь за свою жизнь, сбежал с места происшествия.

По второй версии — специалиста Ростовского межрайонного отдела депохотрыбхоза Сурена Епраносяна, 13 июля он был на этом месте с егерем Кулешовского охотничьего хозяйства, здесь скосили пшеницу, но кабаны продолжали сюда наведываться. Понятно, что на скошенном поле осторожного и опасного зверя уложить в ночное время проще, чем в зарослях камыша. В общем, были все предпосылки к тому, что кто-то захочет это сделать.

Охотинспектор позвонил охотникам, попросил подстраховать в ночном рейде, поскольку на такую работу не принято выезжать в одиночку. Согласились охотники Кулиниченко и Пастушков. Они подъехали к лесополосе в 23 часа, стали на бугорке под ее прикрытием. Простояв с час, услышали один приглушенный выстрел, и сразу за ним — визг дикого кабана. Так бывает, когда пуля или картечь попадает животному в позвоночник.

Оставив Пастушкова в машине, Епраносян с Кулиниченко пошли на визг кабана, осматривая местность через прибор ночного видения. Оружие было только у охотинспектора. Они хорошо видели человека, который тянул кабана за заднюю ногу в траву, потом стоял, долго курил, кабан продолжал повизгивать. Предположили, что браконьер не добивает кабана из ружья, чтобы не привлекать внимания вторым выстрелом, и не дорезает, потому что нет с собой ножа, значит, кого-то ждет. Так и произошло: часа через полтора пришел напарник — свидетель Г. Когда охот­инспектор услышал хрип дорезаемого кабана, принял решение о задержании, иначе браконьеры уйдут с добычей.

Из показаний охотинспектора Епраносяна: «Подбежав на расстояние 5-7 метров, я включил фонарь, поднял его над головой, в правой руке у меня был карабин. Кричу им: «Охотнадзор! Стоять на месте!».

Один отскочил вправо метра на два-три. А тот, что сидел, сделал выпад влево, где у него лежал рюкзак. И тут же поднялся, покачиваясь, вместе со стволом. Я кричу: «Брось ствол! Охотнадзор!» Но на меня в упор продолжают смотреть два ствола! Делаю два предупредительных в воздух, следом — вспышка. Он выстрелил в меня, я — в ответ. Стрелял в плечо, чтобы не дать пальнуть из второго ствола. Все произошло буквально в несколько секунд».

Не в кабане дело

Когда я приехала на место трагедии, которое, несмотря на близость оживленной трассы и ясный день, все равно выглядело мрачным, ко мне подошел местный житель и без обиняков спросил: «Вы тут из-за гибели Л.? Я с ним когда-то работал. Люди по-разному говорят: кто считает, что он сам виноват, кто — наоборот, что его били, а потом застрелили. И вообще, кто стрельбу начал — непонятно. А еще говорят, что его застрелили в другом месте, притащили на кладбище, хотели закопать, тут милиция подъехала. Но неужели из-за кабана можно человека убить?». Так и ставят вопрос обычные люди, которые далеки от азарта охоты, от задержания браконьеров, они даже представить себе не могут, какие опасные для жизни людей ситуации порой складываются на кабаньих тропах.

Конечно, всем понятно, что нельзя убивать человека ни из-за кабана, ни из-за уссурийского тигра, даже если этот человек — браконьер, имеет незарегистрированное ружье и охотится в ночное время, когда без специальных приспособлений ночного видения может вместо кабана попасть в кого угодно. Но одно дело, когда браконьер в животное стреляет, и за это ему грозит всего лишь штраф. Погибший Л., выполнив требования Епраносяна, спокойно мог бы отделаться штрафом в пять-семь тысяч рублей за убитого кабана, а незарегистрированное ружье, хотя и дело более серьезное, но и за это тоже наказание предполагается не «смертельное». Но он выбрал иной вариант. И здесь важно учитывать еще ряд обстоятельств. В крови погибшего Л. через 10 часов после смерти было обнаружено 1,8 промилле спирта, что соответствует примерно бутылке водки. Кроме того, прижизненно Л. имел психическое заболевание — шизофрению. И как сказал специалист в этой области, поставивший диагноз, выпитое количество спиртного и спровоцировало неадекватное поведение и жуткую неконтролируемую агрессию. Потому в ответ на требование оставаться на месте Л. поднял ружье и выстрелил в охотинспектора. А вот свидетель Г., кстати, ранее судимый за совершение умышленного убийства и отбывший наказание в виде 10 лет лишения свободы, убежал потому, что не хотел «связываться с милицией» при таких неблагоприятных для него обстоятельствах. Но ведь скрывшись с места происшествия, он и не подумал обратиться в милицию и никому не сообщил о случившемся. Его узнал в момент задержания Епраносян, поскольку год назад встречался с ним при схожих обстоятельствах. Охотинспектор и сообщил правоохранительным органам, где искать свидетеля. Кстати, интересный момент: специалиста депрыбохотнадзора следствие вместе с напарниками подвергло судебно-медицинскому освидетельствованию на наличие алкоголя в крови, которого у них не обнаружили. А вот свидетеля Г. почему-то на такое освидетельствование не направили. Не потому ли, что тот, вероятно, находился в нетрезвом состоянии, и тогда его показаниям не было бы никакой цены?

Чей выстрел первый?

Как мы узнали в департаменте охотничьего и рыбного хозяйства Ростовской области, только за первый год работы у Епраносяна более 100 задержанных браконьеров. В среднем у специалистов других районов — 30-40 задержаний. По количеству выявленных нарушений Епраносян в 2008 году стал лучшим в области. Он неоднократно изымал незаконно используемое браконьерами незарегистрированное оружие, и при этом всегда действовал в строгом соответствии с должностным регламентом и свое оружие ни разу не применял. О чем это говорит? Как раз о том, что, с одной стороны, он всегда действовал обдуманно и взвешенно, а с другой — у него отсутствовали основания для стрельбы. И применил он оружие лишь единственный раз, когда возникла реальная угроза его жизни и жизни находившегося рядом с ним человека. Так сложилось, что в этой ситуации имели место несколько случайностей: как в русской рулетке — для одних спасительных, для другого — роковых. Первая, спасительная для охотинспектора и его напарника случайность: двуствольное ружье Л., заряженное картечью, дало осечку. Епраносян не знал, что Л. выстрелил в него дважды. Он считал: одна вспышка — один выстрел. Вторая случайность: Епраносян с напарником, даже не предполагая, что события могут пойти по такому страшному сценарию, подошли близко к браконьерам. Именно расстояние и состояние Л., которого покачивало, спасло их от разлетевшейся картечи, площадь поражения ею была слишком мала. Суд же поставил в вину Епраносяну, что тот не убедился: есть у Л. второй патрон в стволе или нет. Но убедиться в этом он мог, только, как говорится, на собственной шкуре. И третья, роковая случайность. Епраносян — хороший стрелок, он мог убить браконьера, целившегося в него из ружья, тем более что стрелял почти в упор. Он же метил не в голову, не в грудь, не в сердце, а в руку, чтобы лишить его возможности сделать второй выстрел. Но пуля, срикошетив от кости, прошла через легкое. Епраносян тут же вызвал милицию и скорую, но помощь последней не понадобилась…

Третьего не дано

Заместитель директора департамента охотрыбхоза — начальник управления охраны и использования объектов животного мира и отнесенных к объектам охоты Владимир Иванченко — непосредственный начальник Епраносяна, уверен, что самая главная проблема специалистов госохотнадзора в том, что практически в 100 процентах случаев им приходится иметь дело с профессионалами. Пьяный хулиган на улице — это одно. Совсем другое — заядлый браконьер, хорошо владеющий оружием, к тому же — незарегистрированным, от которого он может избавиться в любую минуту. Он очень опасен.

— В области от рук браконьеров погибли двое наших сотрудников. Застрелен в охотничьих угодьях при невыясненных обстоятельствах начальник оперативной группы Николай Николаевич Скляров. Егерь Мартыновского заказника Иван Максимович Замковой тоже погиб от рук браконьера при попытке пресечь незаконную охоту. Сидя в кабинете, можно сколько угодно рассуждать о том, как должен вести себя человек, если на него направлен ствол, — говорит Иванченко. — Но ночью, когда ты один на один с браконьером, у которого зашкаливает в крови адреналин, у тебя есть доли секунды, чтобы принять решение и защититься, и все происходит так, как получится. И те наши коллеги, которые погибли, вероятно, просто не успели выстрелить в своих убийц, — констатирует Иванченко. — Епраносян своим выстрелом спас жизнь себе и напарнику, который был с ним рядом. Тем более что в ходе судебного разбирательства было установлено: браконьер стрелял в охотинспектора. Это подтвердила экспертиза, обнаружив на жилете Епраносяна следы пороха, идентичные тому, что обнаружены в боеприпасах потерпевшего. И ставить вопрос: хотел ли наш специалист убить человека, некорректно.

В течение месяца после всего, что случилось в ночь с 14 на 15 июля 2009 года, специалисты депохотрыбхоза проводили служебное расследование и пришли к выводу: специалист действовал в соответствии со служебными инструкциями и никакого превышения должностных полномочий не допустил. И по этой причине Епраносяна не отстранили от служебных обязанностей, которые он успешно выполняет: за последние два месяца задержал троих браконьеров на особо охраняемой территории — природного парка «Донской» — в ночное время с двумя незарегистрированными единицами охотничьего оружия. Две недели назад на территории Кулешовского охотхозяйства также в ночное время им были задержаны еще трое браконьеров.